Слова Асии действительно польстили Фестру. Правда он считал объяснение вулканической активности несколько иными причинами, нежели озвученными Асией. Древние легенды гласили, что глубоко под горами жили странные огненные создания, пожиравшие камни и проплавлявшие в скалах ходы жаром своих тел. Что до извержений, то, как бы это по-деликатней сказать... легенды говорили что земля трясется от того, что эти огненные создания, как бы это по-деликатнее сказать, занимаются созданием нового поколения себе подобных. Ну а огонь извержений, это от их брачных игрищь. Но, понятное дело, рассказывать такие истории пусть и почти повзрослевшим, но таки детишкам - пока еще не время. Так что пусть верят в озвученную Асией версию про злых духов. Во всяком случае именно так считал Фестр.

К тому-же, явно назревали более неотложные проблемы. Невежливое поведение Котиса явно не способствовало разрежению обстановки, и Фестр счел своим долгом вмешаться: "Котис! Прекрати! Живо!" - скомандовал Фестр, поддержав тем самым требование Асии к принцу. А теперь явно требовалось разрядить обстановку. Фестр обратился к прибывшим: "Прошу извинить столь бестактное поведение моего племянника. Котис - храбрый и смелый принц, но дипломатичности и такта ему, к сожалению, пока еще нескольк недостаёт..." - договорить Фестр не успел, поскольку  (уменька Авторитет) в этот самый момент из-за камней вылетел Аламай, которому Фестр поручил присматривать за Аминтой. Судя по виду Ала, он был явно чем-то очень сильно взволнован. Из-за волнения и явной одышки речь Аламая была куда более "заикалистой" чем обычно, если вообще термин "более" можно было вообще применить к итак бывшему диким заикой Аламаю: "Ам-м-м-м-м-м-м-м-м-мин-н-н-н-н-нт-т-т-т-т-та-а и Эб-б-б-б-бии о-н-н-н-н-н-ни ре-е-ш-ш-ш-ш--ш-шиши-ши-ши-ши-л-л-ли-и...." - дикое заикание Аламая продолжалось, и, судя по всему, он говорил явно об Аминте и Эбигейл, но вот что там еще стряслость то такого?! Вот уж юеда очередная свалилась! Что-же там такого стряслось еще?!.... Во всяком случае Фестра это появление, мягко скажем, сильно напугало...

Отредактировано Фестр (31 Май 2018 18:42:47)

Арсон сдался. Бороться с упрямством брата - все равно что пытаться победить носорога в одиночку. Только разозлишь его больше, а по делу ничего не добьешься. Гиблое дело, во всех смыслах. Поняв это лев, лишь обреченно вздохнул и лег рядом, но мысли его, как бы самец ни пытался, все никак не могли успокоиться. Они метались туда-сюда, либо пробуждая неприятные воспоминания, либо вызывая нежелательные мысли о возможном будущем их двоих.

Йоземити, к слову, тоже не был спокоен, хотя и старался сбежать от потока сознания, что навалился на него после того, что братья пережили. И поток этот был настоящим наводнением, что принесла с собой буря. Однако самец успокаивал себя тем, что как только он уснет, все проблемы сойдут на нет, а после пробуждения они с Арсоном так и вовсе сбегут вон, больше никогда не сталкиваясь с теми ужасными львами.

Как же он ошибался.

Казалось, прошло лишь мгновение между тем, как они оба окунулись в полудрему и тем, как из кустов на них прыгнул не такой уж и львенок, но пока еще, к счастью, и не взрослый лев. Однако приятного мало было в любом случае, хотя бы потому что оба самца чуть не обделались от неожиданности, не говоря уже о том, что Арсонова морда, например, вмиг вкусила местной грязи, а Йозеф подскочил на месте, едва ли не окунувшись в реку. Однако осознание того, что напал на них лишь королевский ребенок, дошло до Арсона с Йозефом лишь когда они заметили, собственно, саму королеву и принца.

Как только угомонить (вроде...) маленького крепыша удалось, по крайней мере оба взрослых на него прикрикнули, а Арсон и сам немного сопротивлялся, Арсон смог подняться на лапы и стал отряхиваться, в то время как один из королевских особ поспешил извиниться за поведение своего отпрыска... Или кто он там. Арсон не успел разобраться.

- Котис - храбрый и смелый принц, но дипломатичности и такта ему, к сожалению, пока еще нескольк недостаёт...

- Да, и чей это прокол? - с вызовом ответил Йоземити, за что моментально получил толчок от старшего брата. Арсон нервно захихикал и неловко улыбнулся, зеркально повторяя только что пройденную ситуацию.

- Да, вы тоже извините моего братца... Ему сейчас особенно тяжело, знаете, мы с ним пережили не самое приятное событие...

Послышался громкий кашель. Арсон сразу понял, что Йоземити адресовал этот звук именно ему в попытке заставить брата заткнуться, но Арс лишь одарил Йозефа укоризненным взглядом, который так и кричал: если бы не его грубые выходки, возможно, Арсон бы прислушался к его просьбе. Однако нет. Сейчас он был твердо уверен, что раз уж королева объявилась перед ними сама, то стоит обо всем рассказать.

- Эм, вы же королева, да? - обратился Арсон к Асии. Будучи вежливым и галантным до приторности, Арсон после этого слегка поклонился, что вызывало у его брата очередной приступ негодования, правда тихого, выраженного в цыканье да бормотании себе под нос, - Меня зовут Арсон, это мой брат Йоземити. Простите, что все это так внезапно происходит, но мне кажется, вам нужно знать...

Арсон сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. Он попытался вернуться в ту ситуацию, однако испытывал такое сильное отторжение и невольно подступающий страх, что замер на месте. Со стороны выглядело это так, будто он забыл то, о чем хотел поведать, однако это было не так, и Йоземити как никто другой понимал это. Он наблюдал за братом какое-то время, и как только до самца дошло, что сейчас испытывает Арс, Йозеф вступил вперед и решил взять ответственность за передачу информации на себе. Чем, конечно же, не мог не удивить Арсона.

- Границы небезопасны. Какое-то время назад мы встретили там группу львов... Они абсолютно конченые. Напали на нас, хотели убить. Если бы не одна из местных львиц, то даже не знаю... - Йозеф сделал паузу, чтобы набрать воздуха в грудь. Да и мысли о том, что если бы им не свезло попасться одной из травниц, то они бы уже померли, как-то отвлекала. Арсон же все еще молчал, не издав ни звука. Он был ошарашен произошедшим гораздо больше, а потому был особенно травмирован. Его невинность в тот день была потеряна, - Они не были похожи ни на одного нормального льва, даже внешне. Все какие-то уроды и фрики. Клан Проклятых, который ведет "Королева Ада" по имени Абаддон. И нет, я это все сейчас не выдумываю, поверьте, такое не забывается. Это полный... - обреченный взгляд Йоземити упал на королевских отпрысков, после чего он все-таки решился поправиться, - полная жесть.

Йоземити был уверен, что ему поверят. Впервые за столько времени он был уверен и не боялся. Возможно, важную роль играл тот факт, что братец, который постоянно за ним приглядывал, теперь и сам нуждался в помощи. И если морально Йозеф ему помочь не мог, то хотя бы делом. Их раны немного затянулись, синяки спали, однако многочисленные шрамы, все, которые только сейчас можно обнаружить на их телах, напоминают именно о том ужасающем случае, когда один из цепных псов этой Абаддон дал волю своим когтям.

- Ах, да как же на него злиться? Я скорее, беспокоюсь что когда-нибудь он может встретится с опасностью которая окажется ему не по зубам. А меня или вас рядом не будет. – вздохнула она в ответ на слова Галатеса, а затем замолчала, ожидая Фестра. 5который судя по хрусту ломаемой зелени был где-то рядом. Лев и правда появился довольно быстро, и тут же в какой-то мере исправил ситуацию. Впрочем, чужаки не были настроены враждебно, не собирались кидаться на Котиса, и обвинять Асию и всю королевскю семью в агрессии в отношении странников. И то мясо. Королева только вздохнула, наклонившись к Галатесу и тихо шепнув ему на ухо:
- Это конечно, здорово, но такая спешка может помочь Котису нажить только большее число врагов... – она замолчала, чувствуя, как ее сердце болезненно сжимается при словах сына о том, что его брат опять во что-то влип.

     Львице хотелось думать о том, что это что-то несерьезное. но мысли все время улетали в сторону. уводя ее от сути разговора с этими двумя. К тому моменту как ей удалось сосредоточится, и приглядеться к этой парочке, они уже узнали и ее, и, похоже. Фестра. Самцы были серьезно потрепаны, будто кто-то их вывалял в грязи еще до того как до них добрался Котис. Львица могла пол зебры ставить на то что они с кем-то дрались, буквально этим днем.
- Вы правы, это я. – негромко, спокойно отозвалась она, усевшись и гордо держа голову. Да, видок, конечно, у нее был что надо – вся мокрая, взъерошенная, с грязными лапами. Ну хоть не извалявшаяся в глине полностью. Хороша королева, да... Однако, все это легко можно было списать на дождь. А между тем парочка явно хотела с ней чем–то поделиться, и то чем они с ней поделились, львице совершенно не понравилось. Асия, поглядела на Фестра, с немым вопросом на губах: «Это еще что за хрень?»

- Ясно. – Асии пришлось приложить усилия, чтоб отвечать спокойно. Все сказанное звучало как-то глупо и неправдоподобно. Попахивало откровенным безумием, и Асия бы с большим удовольствием поверила что на ее земли вторглись скажем, воины горного прайда, чтоб подчинить ее королевство силой. Но... с Фаером у нее вроде бы отношения были нормальные. Или кто там сейчас из конунгов из власти?

«Королева Ада? Толпа фриков? Что за... бред? Мы же вроде злобных клоунов не заказывали!»
Однако, глядя на этих двоих она не могла махнуть на это дело лапой, хотя бы потому что даже если парочка преувеличила опасность вчетверо, она все равно существует и ей сейчас же нужно придумать нечто, что позволить защитить не только жителей королевства, но и этих двоих.

- Здесь вы в безопасности и никто не будет вас обижать, пока вы соблюдаете наши законы и правила. И все же... Я бы хотела узнать по подробнее об этом случае. – она вздохнула, глядя на небо, которое, похоже, не собиралось сегодня радовать их хорошей погодой. Затем она поглядела на не в меру разбушевавшегося Котиса, громко и холодно сказав: - Котис, угомонись! Мало того что ты первым напал на незнакомцев, так и не выяснив с какой целью они тут, так еще и... – она пошатнулась, от осознания того что Аминта с сестрой сейчас могут быть в опасности. Ее сынок и дочка где-то, а она даже не знает где! И этот старый пердун, которому она доверила их жизни – тоже!!! Сердце в груди бешено заколотилось, норовя проломить ребра и бросится на поиски Эбигейл и Аминты в одиночку. У королевы голова закружилась и львица чуть было не потеряла равновесие, не то от слабости, не то от осознания того что именно сейчас, болтая с этой парочкой чужаков, она может потерять сына и дочь. Лапы стали разъезжаться и она не сразу поняла что валится на бок, к Фестру, а когда поняла, скрывать свое неловкое движение было уже поздно. Однако, Асия снова уселась ровно, будто ничего не произошло и продолжила:
- Так еще и позоришь меня и Фестра. Посмотри на Галатеса, он свои мысли не высказывает в слух, хотя уверена, тоже негодует о произошедшем. А вы двое, рассказывайте, как все было. – после этого выдохнув, она наклонилась к Фестру и одними губами прошептала: - Если с Аминтой и Эбигейл что-то случилось, я тебя убью, воскрешу и снова убью...

Ситуация была очень странная и необычная для молодого льва. Он всегда знал, то его брат достаточно вспыльчивый, но чтобы так открыто показывать свое недовольство, да еще и в присутствии матери, это было совершенно не похоже на Котиса. Должно быть, тут сыграло волнение и переживание за Асию, ведь сам Галатес тоже очень волновался за мать, но у него это проявлялось как раз в том, что он был немногословен и спокоен. Но это не помешало молодому льву немного подбодрить своего брата, который был намного ближе всех остальных, не считая матери. Немного улыбнувшись Асии на ее фразу про беспокойство о Котисе, Галатес вильнул хвостом и наклонил голову чуть в сторону.

– Не переживай, мам, я всегда буду рядом с ним и смогу защитить от опасности. Ведь мы всегда с ним вместе, а стало быть, и поддерживать будем друг друга. Амнита вряд ли будет слушать мои советы, поэтому я буду подле именно Котиса. Так что не волнуйся, тебе сейчас не стоит это делать, ведь мы еще не дошли до нужного места.

Далее Асия начала вести беседу с незнакомцами, что позволило Галатесу вернуться к брату. Услышав его фразу про патрули, лев не смог сдержать улыбки, прекрасно понимая, что его брат действительно может стать прекрасным патрульным.

– Хах, вот в том, что ты покажешь патрульным, я не сомневаюсь, братец. Более того, я уверен, что из тебя будет самый лучший патрульный в нашем королевстве. Если захочешь, то я буду помогать тебе, ведь наш король вряд ли будет слушать мои советы.

Дальше все начало происходить слишком быстро. Вот они с Котисом готовятся к очередной битве, где Галатес планировал одержать победу над братом, но все рухнуло из-за появления Аламара. Галатес действительно открыто показал свое разочарование и досаду, что для него было нехарактерно, но просто Амнита с каждым новым днем и с каждым происшествием раздражал льва все больше и больше. Однако это все равно было не столь эмоционально, как это вышло у Котиса. Признаться о правде, Галатес не то что был не согласен со своим братом, как раз наоборот. В глубине души он считал и думал точно так же, как и его брат, но показывать это матери лев не хотел, поэтому лишь хмуро огляделся, ища хоть что-то, что могло отвлечь его от мыслей про брата.

Но тут к ним обратилась Асия, ну точнее к Котису, который в своей обычной манере высказал все, что только думает про Амниту. Слова Асии были на удивление холодны и строги, отчего даже Галатес прижал уши, смотря на маму, но при этом и оставаясь рядом с Котисом, чтобы брат не ощущал себя брошенным.

Когда львица сделала паузу, Галатес захотел что-то сказать, но во время заметил, что матери стало нехорошо. Забыв обо всем, лев бросился вперед, оказываясь как раз с той стороны. Куда начала валиться Аисия, когда у нее закружилась голова.  Когда львица снова начала говорить, Галатес посмотрел на нее большими глазами, а потом на Котиса.

– Мама, не ругай Котиса за его мысли. Да, он высказал их в более грубой форме, но это же наш Котис. И меня то он точно не позорит. Лучше приляг. Как ты вообще себя чувствуешь? Тебе плохо? Слабость? Скажи мне. Может лучше послать кого-то вперед, чтобы они поискали убежище, после чего все остальное. Сейчас твое здоровье важнее. Уверен, что эти незнакомцы не причинят нам вреда.

Галатес несколько раз нервно вильнул своим хвостом, находясь рядом со своей матерью и немного прижимаясь к ее боку, чтобы в случае чего поддержать и не дать упасть.

Отредактировано Галатес Марон II (27 Авг 2018 22:23:00)

Это было обидно уже только потому, что мать отчитала Котиса при всех. Точно мелкого, только открывшего глаза котенка. Шикарно, шикарно, мать! Только глухой не слышал, как заскрипели зубы под натиском сжатых челюстей, уничтожая защитный налет на острых клыках подростка. Он сверкнул на королеву глазами, но ничего вслух не сказал. Даже если и допустить хоть на миг, что Котис и правда сказал то, что не должно говорить вслух, правды этого не уменьшало. Кронпринц – индюк, ушедший из родных земель хрен пойми куда, да еще и сестру с собой прихватил. Ха, будто он защитить её сможет, задохлик правильный.

Слова, как и взгляд матери резали кожу, точно животный жир на солнце, оставляя отметины, которых не видно, но от этого лучше не становилось и именно потому Котис резко развернулся на лапах спиной к матери и прижал хвост к задним лапам.

«Не психуй, не психуй, она же просто из-за Аминты взбесилась, вот и рычит на окружающих».

И плевать, что по сути она нарычала лишь на того, кто вслух озвучил общие мысли о будущем короле. И от слов Галатеса вовсе не стало легче, пусть братец и намекнул своими слова, что Котис то дело говорит, маменька, и не туда вы свою энергию направляете. Завуалированно. Максимально завуалированно, хитрый черт. Сам подросток лишь резко выпустил носом воздух и прикрыл нервно дергающиеся в разные стороны глаза. Когда Аминта вернется, а он точно вернется, он обязательно с ним поговорит наедине, без свидетелей, чтобы раз и навсегда запомнил, что не следует собственными выходками портить жизнь остальным. Эгоист.

И лишь представляя момент встречи лапы с носом братца успокоил бурю в душе Котиса, он блаженно выдохнул, представляя, как ставит на место будущего короля, а следом обнимет и зализывает назад его зачатки гривы. Сам бить будет, но больше никому не позволит и пальцем тронуть Аминту.

Выдохнув, Котис повернулся обратно, холодный и собранный, даже слишком холодный. Оглядев пристально мать и брата, быстрой походкой принц обогнул их и замер ровно напротив морды регента, стараясь своим рывком не потревожить личное пространство королевы и слишком уж откровенно не бычить на Фестра. Любит ведь старика этого. 

- Нам надо обратно, - четко произнес принц и белый цвет на его морде искривился вместе с дугами век, резко опустившимися к переносице, делая шкуру на лице самца чуть более странной и привлекающей внимание. – Эти, - он небрежно дернул хвостом в сторону ноунеймов, - сказали нам достаточно и больше никакого интереса не представляют. Выход с наших земель найдут сами. 

Отредактировано Котис (27 Авг 2018 17:33:19)

Парочка новоприбывших по всей видимости, не собиралась что-то рассказывать. То ли они слишком устали и были напуганы, то ли и рассказать то им было нечего. Наткнулись на очередную банду, получили по мордасам и бежали от них, как не редко бывает. Что казалось бы тут необычного? Хорошо еще что они самцы, у самок был бы куда более незавидный опыт такой встречи, если бы их поймали. Львица не хотела об этом думать. Однако, это случилось на их территории! Банда! Асия с трудом сдержала вздох. На их территорию приперлась банда!

«При Муфасе, ну или у того же Фаера такого никогда бы не случилось» - подумала она, слегка хмурясь и по началу не обращая внимания на то что делают и говорят ее дети, а стоило бы! О случае с Хазирой, львица не знала, а потому благополучно думала, что в прайде Фаера такое просто невозможно.
"Вот что значит король у власти, сильный и уверенный в себе король, весь о котором пронеслась по всей округе".
Как ей иногда не хватало такого сильного плеча, поддержки... В этот раз оставалось только надеяться, что бандитам тут не понравится и не придется их выгонять. А то кто бы им составил конкуренцию? Спортакус и Фестр? И все же, по словам этой парочки, бандой правила львица, а значит, действительно сильных самцов, могущих взять власть в свои лапы там не много. Ну, по крайней мере Асия так думала. Это давало уверенности в том, что банда просто пройдет вдоль границ и удалится. Королеве правда, и самой было бы неплохо задуматься о том, где найти сильных самцов в прайд. Но не стоять же теперь на границе, зазывая одиночек вульгарными помахиваниями хвоста? Да и она сама уже не конфетка.

- Дети, идемте. Фестр, пригляди за этой парочкой, если захотят остаться, а нет... тогда и суда нет. – Буркнула она, впервые, открыто выдавая свое раздражение, хотя, похоже и Котис и Галатес заметили это раньше. Однако, извиняться за это, как и отчитывать парочку за неосмотрительность она не собиралась. Ладно Котис, ему похоже, никогда не стать столь же дальновидным и мудрым, как Птолемей, и в кого такой пошел? Она мысленно перебирала предков и не могла найти никого, кто походил бы по характеру на Котиса. Разве что ее дед, тот был непревзойденный балагур и драчун. Да Ахею с ним. А Галатес? Неужели не понимает, что если не сделать из этих двоих союзников, то они завтра могут стать врагами? Плохо было дело. Оставался только Аминта, который куда-то пропал. При мыслях о нем у Асии начинало бешено биться сердце, и она была готова сорваться на его поиски, и бежать хоть на край границ, хоть в королевство Скара, искать его. Не то чтобы она догадывалась, куда отправился сынок с дочерью, просто для нее это была максимально удаленная точка в пространстве.

И все же, надо было как то разобраться с этим случаем. Ну, попробовать что ли. Она понимала, что характеры своих детей не поменяет, но все же воспитать их так, чтоб они совершили поменьше глупостей в жизни, было просто необходимо. Уж у нее то в жизни были два брата, которые показали на деле, как плохо все может быть, и из-за одного из которых королевство рухнуло "во тьму" и она в итоге, оказалась здесь...
- Котис, Галатес, послушайте... – устало сказала она, зашагав по тропе, задевая кусты с которых дождем осыпались капли, заливая и так мокрую шерсть, которая облепила ее слегка ввалившиеся бока и выпирающий из спины позвоночник, показывающий, что львица далеко не молода: - Конечно, я разозлилась. Во первых, от того, как Котис встретил незнакомцев. – она сбавила шаг, позволяя Котису догнать ее, чтоб поглядеть ему в глаза, и заметила у него на груди небольшой комочек грязи, прилипшей к шерсти. Наверно, тот образовался, когда Котис боролся с «нарушителями»: - Ну-ка, стой... – скомандовала она сыну, потянувшись к его груди и вылизывая место загрязнения, сплевывая шерсть и грязь в сторону: - Почему, Котис, ты решил, тьфу... – Асия совмещала чистку и разговор в одно. А что? У королевы не так много времени, а успевать надо все: - ... что они наши враги? Может, просто заблудились? – она снова сплюнула клочки его шерсти и осмотрела грудь сына. Ох, помимо груди, Котис требовал чистки во многих местах и она просто мысленно махнула на все это лапой. Потом.  - Вот, так лучше... – она коснулась лапой его макушки, намереваясь потрепать, но только взъерошила мокрую шерсть, прилипшую к голове: - Они могут стать как нашими друзьями, так и врагами, а врагов у нас... – львица вздохнула сделав паузу: - враги у нас еще появятся, поверь мне. – после чего зашагала по тропе, на этот раз обращаясь к Галатесу: - Ну, а ты... – в словах ее не было ни упрека ни иронии: - Я рада, что бы во всем помогаешь брату, Галатес. Так и нужно. Так правильно. Если мы все будем держаться большой семьей, то никакие беды нам не страшны. Жаль только, что ты оказался того же мнения об этой парочке. – она покачала головой: - А ведь придет срок и мне придется уйти к тонкому льду, а вам решать судьбы таких как они. – королева кивнула назад, намекая на то что когда-то и ее тело отнесут на ледник, как и тело ее мужа которого они так и не узнали при жизни, и теперь могли увидеть только в общей гробнице, куда она их еще не водила. Ни к чему детям все эти ужасы заморозки, да сказки про ледяных львов.

Всё шло по плану. Так что Робби внемля голосу азарта почти что подпрыгивал от желания самостоятельно всё испортить. Ведь если всё идёт хорошо, то... А не может ли это "хорошо" идти чуть быстрее!? Ещё быстрее! Лев нервно заелозил кисточкой по земле, стерев тем самым краситель с одной стороны.

И знаете, только Робби удумал втюхать Спортакусу сладкий мёд, намотав сочный кусок на лапу, объявилась одна проблема...

- Молодые звери, нам бы по душам поболта...

Вот она в план точно не входила.

Робби на секунду остолбенел и вытянулся в полный рост. Дискета смотрела на Дискету. Буря эмоций. Искра. Замыкание дисковода.

И вот тут-то проявилась вся их разница. Робби был куда выше львицы и в целом вообще походил на высокую каланчу с далеко не женской анатомией. Его тело, хоть и разбалованное ленью, несло в себе мужской характер с боле широкими плечами и грубыми чертами, не говоря уже про торчащую... ну конечно же гриву (а вы про что подумали!?). А подбородок! Нет, здесь мог профунькаться только совсем слабовидящий субъект.

Куски разломанных сот упали с лапы Робби, смазывая стекающим мёдом частичку маскировочной окраски. Надо сказать, он и вправду растерялся. Но в итоге решил поступить как выпивший дядя на свадьбе у молодожёнов - смело и пьяно, ведь между трезвым - "что же мне сказать?.." и уверенным - "надо что-то ска-а-а-за-а-ать!", разница всего в пару бокалов. Пара бокалов безумия.

- Ты кто!? - гаркнул мужской голос. Он решил идти напролом и так распылился, что позабыл о своей роли.
- То есть... Ты кто такая!? Я настоящая Дискета, - пропищал уже другой голос, частично похожий на голос Дискеты благодаря интонации, а частично - на орущего битый час ребёнка в колодце.

Но Дискета словно и не услышала его поперченных слов:
- Ах, Робби, - Робби поморщился, как от шлепка по филейной части, а с его носа ссыпались кусочки красителя. - Наш местный лентяй и затворник. Я вижу, вы на него хорошо влияете, он хотя бы из пещер вылез! - последующая фраза уже не была адресована Робби и он несколько обиделся. Борьбу за право побыть настоящей женщиной у него увёл треклятый оригинал! Что за несправедливость.

Он было хотел возразить повторно, может быть Дискета плохо расслышала его, но внезапный холодок прошедший по спине отвлёк льва, заставив обернуться в сторону его источника. Это был Спортакус и его взгляд, ледяной, как ведро воды. Странно, но он не казался таким с самого начала и поэтому Робби несколько опешил и отступил назад,  наткнувшись на волну строгости.

Ладно, он обязательно разберется с этим накачанным чуть позже... Ну, когда он разучится до следующего раза ТАК смотреть и вернется в обычную рабочую версию - "я бегаю, я прыгаю, я наивный, как бабочка-капустница".

И хоть Робби проиграл дуэль, он узнал кое-что важное. Спортакус дуреет со сладкого.

———>куда-то (определюсь чуть позже)

Отредактировано Robbie Rotten (7 Сен 2018 20:01:18)

Спортакус не был глупым зверем, он был попросту наивным оптимистом. Именно поэтому он до сих пор только и делал, что таращился на "Дискету" своим милым хмурым взглядом, по которому было несложно догадаться, что где-то там в мозгу происходит серьезный мыслительный процесс.

И кто знает, сколько бы ему еще пришлось бороться его желанию узнать правду, а вместе с этим восстановить справедливость, с нежеланием ее узнавать, ведь тогда Робби бы окончательно провалился в его глазах как ответственный зверь, на которого можно положиться, если бы не его внезапный побег, благодаря которому его маскировка окончательно спала. Во всех смыслах, он пока убегал, оставлял за собой дорожку из листьев...

Глядя вслед за тем, как удаляющаяся в горизонт самка постепенно перевоплощается в самца, недовольный Спортакус стал изменяться в лице: его брови более не склонялись к переносице, а скорее выстроились домиком, взгляд был немного усталый, а усы перестали нервно дергаться, вяло поникнув вместе с уголками его губ. Очевидно он расстроился. Спортакус не был из тех, кому с легкостью удавалось манипулировать эмоциями, и если он был рад - он излучал эту радость открыто и непринужденно. Если же Спортакус разочаровывался, то он даже внешне становился будто гораздо меньше обычно, но упорно всем доказывал, что он в порядке. Меньше всего на свете лев любил, когда из-за него переживают.

- Робби, значит, - тихонько сказал он скорее сам себе, нежели с обращением к кому-либо конкретному. Спортакус все еще внимательно смотрел за тем, куда направился Робби, однако его движения были настолько хаотичны, что нельзя было точно предсказать, когда он резко повернет в сторону, когда упадет, а когда подпрыгнет, испугавшись пролетавшей мимо стрекозы. Самец пожал плечами, после чего его взгляд обратился к Стинджи, который все еще страдал из-за боли в животе. Теперь-то все встало на свои места. Робби действительно оказался Злобным. Был бы Робби Добрым, он бы не стал кормить детей медом, чтобы они вот так потом мучились. С другой стороны, а может он и не знал? Спортакусу ведь пришлось объяснять опасность меда и Зигги, и Стинджи, и Стефани. Может, Робби тоже нуждался всего-навсего в простом объяснении?

Вот он безграничный оптимизм. Даже несмотря на всю обиду и разочарование, где-то в глубине души Спортакус все равно оправдывал поступок Робби. Даже его странный поступок с переодеванием и притворством совершенно другой персоной он оправдывал игрой. Дети же играют, они любят притворяться кем-то, кем не являются, и ничего в этом плохого нет. Так почему же к Робби иное отношение? И все же...

Спортакус тяжело вздохнул, параллельно с этим подавая Стинджи его траву и помогая малышу с ней справиться. Судя по выражению мордочки львенка, она ему совершенно не понравилась, из-за чего Спортакус тоже невольно расстроился. В этот момент самец и осознал, что ему нужно ненадолго уединиться.

Как только в его помощи больше не нуждались, Спортакус в последний раз окинул взглядом всех присутствовавших, после чего обратился сначала к Дискете, а потом и к остальным.

- Спасибо, что пришли. Жаль, что так получилось, но ничего, - вялая улыбка выдавала в Спортакусе неискреннюю радость, но он старался как мог, - Я пойду тогда пока. Поищу кому помочь еще. До скорого!

И он побежал, даже не сделав на прощание свое коронное движение. Постепенно его бег замедлялся, после чего Спортакус так и вовсе перешел на шаг, не слишком желая возвращаться обратно на скалу.

→ Обзорная площадка

Дэтч ходил вокруг львицы, рассказывая историю за историей, и сопровождая это все жестами и мини сценками. Он так увлекся рассказами, что даже не заметил, как львица ушла в свои мысли и скорее всего прослушала половину истории львенка, ну по крайней мере это было заметно по мечтающим глазам.

Кушать хочешь? Можно поймать чего-нибудь. Только не здесь. Это надо на луга идти, пойдем, я тебе покажу, - Дэтч дернул ухом.

- Да, было бы неплохо. Вот мама и тетя Альтара говорили, что если я буду хорошо кушать, то вырасту и всех победю...побежу... или все же победю... - за своими мыслями Дэтч не заметил как Карисса ушла вперед. Пепельный львёнок тут же встрепенулся на месте, подпрыгнул и побежал за львицей. Через пару десятков секунд  он уже ее догнал и озорливо бежал рядом.

- Тут очень красиво, не как у нас в равнине. Там скучно, даже нельзя поиграть нигде. Одна голая земля, а я люблю играть, вот в сухой сезон можно поиграть с листьями, только они быстро надоедают, но их много. А еще у нас много птиц. Они ооочень большие, но жутко злые, - Дэтч показал размер птиц максимально расставив лапы. Описание львенка больше походило на бред сумасшедшего, хотя все было намного проще. Равниной Дэтч называл голые каменистые местности с зарослями закрывающими горные тропы. А птицы были хищники. Ввиду своего воображения львенок перевернул все факты с ног на голову, и получилась откровенная чушь, но своего рода забавная чушь. Дэтч семенил рядом с Кариссой и вертел головой по сторонам. Наверно, если бы он продолжил мотать головой так и дальше, то просто оторвал бы ее с плеч. Ему была интересная новая территория. Все было в новинку. Запахи, обитатели, рельеф были чем-то удивительным.

- А вы станете моей новой мамой? - неожиданно поинтересовался пепельный львёнок у львицы. Такой вопрос любого вобьешь в ступор, тем более заданный так резко и с пустого места. Как говорится, Дэтч рванул с места в карьер. Оно и понятно. Он еще маленький и мало знает о чувстве такта. С такими намного проще. Узнать у них важную или даже очень секретную информацию не составит труда, ведь детеныши сами ее охотно расскажут доброму "дяде" или "тете".

—>Изумрудные луга

Отредактировано Дэтч (18 Сен 2018 01:46:42)

От маскировки Робби уже почти ничего не осталось. И дождь совсем не помогал ему сохранить “макияж”. И всё же, лев старательно пытался не упасть в грязь лицом. Надо же всем показать, кто здесь жалкая пародия, а кто неповторимый оригинал! Дискета, однако, даже не обратила внимания на его возмущения и даже с некоторой снисходительностью матери, чей детёныш только что сотворил невинную шалость, рассказала о самце. Затем она повернулась к самой Стеф и представилась.

- Я Стефани, - юная львица тепло улыбнулась Дискете, - Приятно познакомиться.

Взрослая самка пришлась по душе подростку. От неё веяло теплом и уютом, и это даже как-то успокаивало. Стеф с грустью подумала, что она-то с матерью была уже не так близка, а порой так хотелось тёплых объятий и любимого бока перед сном.

Робби тем временем, воспользовавшись заминкой, скрылся с их глаз подальше. Львица лишь с удивлением поглядела ему вслед. Но тихий голос Спортакуса заставил её обратить внимание на светлого льва. Он больше не был похож сам на себя. Задумчивый и даже какой-то печальный, он казался таким непривычным. И хотя Стефани не знала его так долго, даже она поняла, что что-то тут совсем не так. Она грустно опустила уши, смотря ему вслед, но потом на её мордочке промелькнула решительность.

- Зигги, Стинджи, я пойду проверю нашего друга… Мне кажется ему сейчас очень нужна поддержка.

Без лишних слов она скрылась следом за Спортом.

=>Обзорная площадка

Галатес прекрасно видел и понимал то, что сейчас мог ощущать его брат внутри себя. Когда родная мать отчитывает это всегда неприятно, но тут она это сделала при всех, что должно было очень сильно ударить по гордости юного льва. Именно поэтому, чтобы избежать какого-либо выброса со стороны брата, Галатес находился подле него, чтобы в нужный момент остановить его от совершения глупостей, ну и просо показать, что он рядом и не оставит его в беде. Они с Котисом стали настоящей семьей, ведь всегда поддерживали друг друга в трудную минуту, и готовы были пойти на все ради брата, чего нельзя было сказать об отношении со старшим братом и сестрой, с которыми из разделяла пропасть из обиды и гнева, которая с каждым новым днем становилась все больше и больше.

Когда мать перестала его отчитывать, Галатес услышал, как брат заскрипел своими зубами, что говорило о нарастающем гневе. Чтобы хоть немного его утихомирить, лев немного подтолкнул брата в бок, а когда тот посмотрел на него, то улыбнулся, молча говоря ему, что он рядом и все будет хорошо. Однако обида для Котиса была сильнее, и когда тот развернулся спиной к матери и поджал свой хвост, то Галатес посмотрел на маму немного грустными глазами. Они двое, Асия и Котис, вот два самых дорогих и близких для него зверя на всем белом свете, и то, что сейчас происходило, просто резало его сердце. Но надо быть сильным, держать эмоции под контролем, чтобы помочь матери с ее странным и волнительным недугом, и помочь брату пережить это унижение. Именно поэтому, Галатес очень быстро взял себя в лапы и уже спокойно сидел и обдумывал ситуацию с Амнитой, который опять вляпался в какую-то беду. 

На удивление, Котис довольно быстро пришел в себя и вот уже развернулся к ним, причем внешне казался более спокойным, нежели до этого. Подобное изменение брата с одной стороны радовало, но с другой и не могло не озадачивать, ведь это поведение было ему совсем несвойственно. А уж его фраза была совсем не похожа на все то, что он делал и говорил до этого. Однако, подобное изменение было понятно, ведь в такие моменты любой может закрыться в себе и показаться тем, кем его хотят видеть, но кем он не является по своей сути. Но подобное поведение было показательным для Галатеса, ведь теперь он увидел, что его брат может быть таким.

Из мыслей его вывел голос матери, что сказала, что они могут отправиться в путь, так как Фестр приглядит за незнакомцами. При этом, Галатес видел раздражение матери только по ее взгляду, но впервые заметил, что она почти открыто его показала. Да, данная ситуация была тяжелой не только для них с братом, но и для матери.  Скорее всего, в этом виноваты именно эти незнакомцы. Перевея взгляд с матери на эту парочку, лев немного вильнул своим хвостом. Он не знал их, не знал, на что он были способны и можно ли им доверять. Они могут представлять угрозу для его семьи, но возможно и могут стать дополнительной защитой. Да, тяжелый выбор, но так сразу невозможно его сделать, и Галатес понимал это, хотя внешне и оставался спокойным и невозмутимым, и даже немного наивным подростком. Оставаться в тени, вот его талант и способность.

И вновь ее голос выводит льва из своих раздумий. Он как раз успел подняться и медленно двинуться в сторону тропы, когда мать обратилась к ним обоим. Чтобы показать свою заинтересованность, Галатес почти сразу повернул голову к львице и навострил свои уши, готовый выслушать все, что она им хочет сказать. Но прежде всего она обратилась к Котису, начиная чистить его от грязи. Пока у них шла небольшая беседа, Галатес подошел чуть ближе к брату и снова сел, наблюдая за ними и слушая то, что говорила мама. Но это продлилось не долго, и вот они снова зашагали по тропе, где Асия обратилась уже к нему, заставляя его немного прижать уши к своей голове. Как только она сделала паузу, то подросток решил взять слово.

– Мам, я не решил и не сделал их полноценными врагами, просто я не могу довериться вот так просто незнакомцам, что появились тут в тот момент, когда у нас нет своей пещеры, а ты слаба.  Это подозрительно. Да и мне кажется, чтобы понять кто они для нас, нужно время. Однако, я считаю, что поступок Котиса оправдан. Он защищает тебя, ведь ты самое дорогое, что есть у каждого из нас. Он увидел в них потенциальную угрозу и решил действовать так, как умеет. Касательно того времени, когда ты отправишься по льду, то…то…– Галатесу было очень сложно говорить и даже думать про это время, поэтому он и запнулся:– все подобные решения будет принимать Амнита. Он же король, а мы для него никто, просто помощники, не более.

Последнюю фразу Галатес сказал с небольшой агрессией и сквозь зубы. Из-за того, что они шли по тропе. Асия не видела, как опасно сверкнули глаза ее сына, когда он говорил про своего старшего брата. Амнита, в последнее время, вызывал у него именно такую реакцию, однако лев хорошо умел скрывать это. Вот и сейчас, он почти сразу смог взять себя в лапы, когда к ним подбежал Энио и сообщил об опасности в виде бешеного буйвола. Эта информация была очень тревожная с одной стороны и подозрительная с другой, ведь этот буйвол появился именно сейчас, когда на землях прайда появились эти чужаки. Но Галатес оставил свое мнение при себе, и просто ближе подошел к матери и посмотрел на нее, ожидая того, что будет дальше.

И как ни странно, события развивались со стремительной скорость. Они не успели отойти от их дяди и на несколько метров, как вдруг тот упал без чувств. Это было очень волнительно, поэтому первое желание у льва было броситься к дяде и попытаться привести его в чувства. Однако, это будет делать глупый подросток, что не просчитывает возможные варианты, а Галатес не хотел быть таким. Поэтому, он начал ровным шагом подходить к Фестру, чтобы посмотреть, что именно с ним приключилось. В это время к нему уже подоспела помощь в виде Аргентума и Касари. Что принялись приводить льва в себя. Галатес же остановился недалеко от них, наблюдая за происходящим и немного дергая своим хвостом.

Отредактировано Галатес Марон II (5 Ноя 2018 14:51:00)

Далеко уйти не удалось. Первым у нее на пути встал Энио. Ну как встал? Прибежал с новостями для нее, и деться от него было некуда, хотя так и хотелось сказать ему: «Слушай, Энио иди ты к... Фестру». Но Асия этого не сказала, и даже виду не подала, что совсем не рада видеть гиена. Не рада была, конечно, коркут наверняка догадывался об этом, потому что вполне мог узнать от Фестра, или же даже от детей о том, как королева рассказывала о жизни в других краях. А именно о ее родине. А там все было совсем не сладко, и бочкой дегтя с ложкой меда были именно гиены. Но что уж теперь? Львица сумела частично забыть свои страхи и неприязни, хотя бы потому, что на их место пришли новые. По этому она кивнула в ответ, смиренно выслушав гонца. По мере того как Энио говорил, Асия мрачнела. Ну, точнее, дежурная улыбка сползала с ее губ.

- Спасибо за предупреждение, Энио, я подумаю над этим. – хрипло отозвалась она, а в ее голосе явно слышалась тревога и недовольство. Впрочем, с чего бы ей быть довольной? Она, ослабевшая и больная, бегает под дождем пытаясь собрать в кучку своих детей, а тут еще и это! Львица обернулась, чтоб поглядеть на Фестра с надеждой во взгляде, в котором читалось: «Надеюсь, твоя спина не переломится от этой ноши». Асия еще не знала, что произойдет буквально через минуту, но в мыслях чертовски точно сформулировала проблему. Ей уже очень хотелось уйти, чтоб остаться наедине с сыновьями. Она чувствовала, что внутри их семьи что-то происходит, но не могла понять что.

Лвица остановилась и дождавшись, когда оба сына окажутся достаточно близко, чтоб можно было говорить с ними не слишком громко, выслушала обоих. Они были в некотором отдалении от Энио и Фестра, Агрентум и Касари были еще в пути, и не могли их видеть и слышать. Фактически разговор шел наедине, хоть не так далеко и стоял Фестр. Он просто не мог расслышать то что говорили дети, и то что отвечала им Асия, хотя, если бы пригляделся, то ее эмоции смог бы рассмотреть на ее морде. Разговор с Галатесом в Котисом в какой-то мере пролил на ситуацию свет и одновременно сгустил краски. Аминта! Но с чего такое отношение? Такая озлобленность? Как же резко поменялся тон Галатеса в тот момент когда он сказав о ее смерти, упомянул брата-короля и свою роль в его жизни. Страх перед неизбежным, неуверенность и буквально через секунду злоба. Галатес ведь, через зубы это сказал? Она едва заметно скосила глаза на сына, но зацикливать на нем внимание не стала, будто бы ничего не произошло. Якобы свою роль. Неужели в их семействе с детства растет новый Скар? Львица сжала губы, так что они превратились в тонкую линию, слегка морща лоб. Ладно, об Аминте она позже поговорит. В конце концов, она была королевой, и власть была в ее лапах, что бы там Фестр не говорил, и чего бы там себе Птолемей не придумал. Детям еще рано лезть во власть. Пусть играют в принцев и принцесс, а она пока будет править. Еще года три, пять, семь... Сколько здоровье позволит.

- Вот что я скажу вам на вопрос о чужаках. Не агрессивных изначально чужаках. Я не прошу вас доверять первому встречному, и тем более, подставлять спину в надежде, что он друг. Однако, нельзя высказывать свое недоверие прямо в морду. Этим можно вызвать только обиду и агрессию. Мальчики... – Асия посмотрела в глаза Котису, а потом и Галатесу: - Будьте гибче. Я не прошу вас лгать. Лгать не хорошо, однако, можно просто не высказывать свои мысли полностью. – с улыбкой наконец-то нашлась она. Асия прекрасно понимала, на что сейчас подбивает сыновей и то, что потом ей это обязательно боком выйдет. Ей так и хотелось сказать, что иногда надо схитрить, причем с абсолютно спокойным лицом! И король этому должен чуть ли не с детства учиться, потому что такое знание и умение королю нужно еще больше чем крепкие мышцы и лапы: - В общем, надо дать им шанс, и зорко следить за тем, что они будут делать, но так чтобы они этого не уви...
   
В это время Аламай, который все это время терся рядом с Фестром и «стучал зубами» наконец-то что-то ему сказал. И не когда-нибудь, а в то время когда Фестр уже хотел выдать какой-то гениальный план по устранению буйвола. Асия и сама могла бы догадаться собрать отряд побольше, но надеялась, что Фестр и кандидатуры предложит, а он вместо этого он с воплем: что? шлепнулся на землю. Королева закатила глаза, подняв взор к небу, к невидимому Птолемею, который наверно, видел все и мысленно сказала: «Вот! Неужели нельзя было найти родственника поздоровее и посильнее?» Королева шлепнула себя лапой по морде.

- Зорко следить, это я не про Фестра, если что. – с меланхолией сказала она, и дети воочию могли наблюдать то, о чем говорила до этого королева. Меланхолия и безразличность к судьбе Фестра в какой-то миг сменилась на морде Асии взволнованностью:
- Фестр! – в отчаянии воскликнула Асия: - не вздумай сейчас умирать! – она двинулась к нему, и как раз в этот момент в их полку прибыло – Аргентум и какая-то львица, молодая и энергичная, которую она или не знала, или просто не обращала раньше на нее внимание. Окрасом она была похожа на Дискету и королева уже хотела обрадоваться, что хоть кто-то ее поддержит, но... нет.
- Нет времени объяснять! Аргентум, прошу, верни Фестра к жизни. – она замерла на месте не собираясь подходить ближе и наблюдая за тем что делал Сервал. Ей хватило внимания заметить молодую львицу, что учтиво поклонилась ей и кивнуть ей в ответ, добавив на свою морду за секунду до этого движения дежурную улыбку. Глупость конечно. Она слишком устала и эта улыбка выглядела сейчас на ее морде как рисунок на лице старого алкаша, которого позвали в детский сад в качестве клоуна и который находится в диком похмелье. Медленно сев на землю она вздохнула и дождавшись пока оба сына снова достигнут ее. В этот момент она лапой подтащила к себе Котиса и негромко шепнула ему на ухо, с той же наигранной меланхолией в голосе, не осуждая, и не поощряя сына, позаботившись однако о том, чтоб ее слова долетели и до Галатеса, если ему хватит любопытства и мозгов подслушать.

- Котис, милый, я вижу твое отношение к дяде, но имей совесть, сделай хотя бы вид, что обеспокоен его судьбой. – она расслабила хватку, но Котис вполне мог чувствовать как дрожат лапы матери, и вовсе не от холода. А Асия тем временем громко спросила, окликая Аргентума:
- Агрентум, ну как? Он будет в порядке? – а потом тихо шепнула себе под нос: - он меня в ледяную пещеру загонит своими выходками. Придется самой разбираться с куском сбрендевшей говядины. – и чуть громче, так чтоб Галатес и Котис слышали, сказала: - может и сможем, Котис. Попробуем хотя бы.
Заметив что Аргентум и молодая львица закончили пичкать льва какими-то травами, она поднялась, и оставив сыновей подошла к Касари поближе.
- Здравствуй, милая. Вижу, ты меня уже знаешь, а я тебя, еще нет. – говорила она доброжелательно, разглядывая подростка: - меня зовут Асия, но думаю, Аргентум тебе это сказал. – она обернулась, указав на Котиса и Галатеса, добавив: - А это мои сыновья, Котис и Галатес.

Где-то на ветках деревьев, что совсем редкими группами располагались на побережье горной Кагеры, расположились два стрижа. Все это время они так и сидели на одном месте, наблюдая за прайдовской жизнью со стороны да делая себе в головах пометки после их тихих сплетен. Признаться, с высоты птичьего взгляда весь этот фарс попахивал клоунадой, ведь птицы всегда были существами вольными, и проблемы наземного зверья им далеки. С другой стороны, их беспокоило то, сколько друзей среди нелетающих птичьих сородичей у стрижей было. И секретари, и страусы, и все вроде бы неплохие, не считая ту напыщенную курицу  с Гепардовых троп...

В общем, что ни говори, а частично стрижи были обеспокоены, и от того их поначалу тихое щебетание стало выделяться на фоне звуков саванны гораздо сильнее. Что и привлекло внимание их знакомого крокута.

- Хех, я смотрю, тебя безопасность этого дома волнует больше, чем местных львов, ха-ха, - хриплым голосом сказал стриж, что сидел слева, почти на самом краю ветки, в то время как его друг прикрыл крылом клюв, то ли сдерживая отрывистые смешки, то ли кашляя, - Но мы тебя услышали, брат. Сделаем, а ты нам за это приготовь пока по горсточке отборных гусениц!

И на этих словах оба стрижа разлетелись в разные стороны - один на север, другой на юг. По дороге им встречались и другие свои собратья, от чего весть о сборе у Когтей разошлась по округе довольно быстро, и даже вернулась к тому, с кого все и началось - Зверолову. На что лев где-то в глубине Королевства усмехнулся себе под нос, наконец-таки приходя к выводу, что в выборе помощника он все-таки не ошибся.