Вы когда-нибудь видели взрослого (ну ладно, молодого) бочкообразого льва-переростка, старшего сына местного правителя, который бы стеснялся самки? А перед львицей сейчас стоял именно такой представитель сильного пола. Если бы туман не был таким густым, и львы стояли бы к друг другу ближе, самка непременно бы заметила, как промелькнул благоговейный ужас в глазах Ри - он ошибся! Но, видимо, собеседница этого не заметила, обеспокоенная, что логично, чем-то своим. Лев только хотел уточнить, что же привело самк4 сюда, когда она сама раскрыла цель своего прибытия. Мысленно выдохнув - это была самая простая ситуация, которая могла закончиться мирно, - лев едва не кивнул.
Нельзя! - полыхнуло у него в голове. Ведь отец закрыл все границы! Ведь она пришла с больных земель! Ведь она сама могла нести заразу! Ведь он должен убедиться в безопасности прайда!
- Я..Да...Я из прайда, - стушевался лев, смущённо оглядываясь и пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь вокруг, - Но... Вообще как бы мы принимаем одиночек...Но как бы...Эм...Сейчас вокруг чума и...Ну...Отец...Ой, то есть король Фаер, - лев с перепугу назвал своё положение в прайде, чего вообще не очень хотел до поры до времени, но быстро исправился, выдохнув и немного подавив волнение и смущение, - Король приказал никого не пускать. Но я уверен, что если ты здорова, он не будет против. Только.... - Сири снова замялся, - Мне придётся тебя осмотреть. Ну, нет ли где следов болезни. Ты же не чувствуешь себя плохо, да?
Произнеся эту тираду, лев, всё ещё непонятно отчего волнуясь, принялся обходить самку, оглядывая и присматриваясь. Запаха чумы не было, даже намёка, будто львица и не с умирающих от заразы земель пришла. Стараясь не наглеть, чтобы не показаться приставучим извращенцем, лев вернулся на своё положение напротив самки и продолжил, - Ну...Я могу тебя проводить и представить королю.
И, так по-юношески взмахнув головой, чтобы убрать нависший чуб, лев едва улыбнулся, как бы показывая свои на самом деле дружеские намерения и желание помочь.
- Как тебя зовут? Откуда ты?

Отредактировано Кисири (19 Янв 2017 00:23:56)

К счастью для толстячка, самка оказалась понимающей и достаточно терпеливой, чтобы не прервать его неуклюжее лепетание. И достаточно смелой, чтобы дать себя осмотреть. Ну, в этом определённо была доля риска - показывать всю себя со всех сторон совершенно незнакомому льву, который пусть и пришёл со стороны прайда. Заглядывать под львицу было для Кисири невозможным действием по нескольким причинам. Первая, сама очевидна - рост. То есть это не так легко, как кажется, согнуться и глянуть, когда в тебе переизбыток гормонов роста? Вторая - природная скромность. Да Сири в принципе лишний раз на самку дольше, чем одну секунду смотреть не может, а вы говорите что-то о целом осмотре!

Стараясь как можно меньше задерживать взгляд на теле кошки, Ри фактически покраснел, когда обходил её сзади. Но, к счастью, всё имеет свойство кончаться, в том числе и эта явно неудобная для обоих процедура. Шумно выдохнув, лев не без удовлетворения заметил, что его слова о прайде пришлись львице по душе. Её улыбка светилась, а сама она, будто котёнок, аж подпрыгнула от радости. Невольно расплывшись в улыбке и сам, он с заинтересованностью проследил за тем, куда кошка указала в качестве родных земель. И это всколыхнуло в нём былые подозрения. Может, они и вправду встречались раньше? Ведь он и сам пришёл из-за гор. Вернее, он был там рождён, вырос-то он всё же по эту сторону гряды.

- Тебя. И зови меня Кисири. Или Сири. Или Ри - как тебе больше нравится, - с радостью отозвался самец, встречаясь на мгновение с Сиэль взглядом. Стоило ли говорить, что он тут же нашёл на земле крайне интересный камушек и принялся с усердием его рассматривать? Но молчание не стоило затягивать, да и они пробыли на границах достаточно долго.
- Я... я отведу тебя к конунгу Фаеру. Заодно по пути могу ответить на все твои вопросы. - неловко улыбнулся самец, разворачиваясь и стараясь ступать медленней и меньшими шагами. Он весь едва-едва заметно дрожал, сочетая в себе одновременно и неловкость, и желание помочь, и ответственность. Сири пусть и был большим (как по возрасту, так и по размерам), но это никогда не придавало ему дополнительной храбрости, в которой этот лев периодически очень нуждался. И кто знает, кому сейчас было хуже - самке, которая, доверившись почти первому встречному, шла через леса и холмы сквозь туман, или этому самому первому встречному,  который совершенно не умел обращаться с представителями слабого пола (если они, конечно были старше подросткового возраста). Он и королеве-то старался не попадаться на глаза не из боязни быть припаханным к делу, а только из-за своего неумения правильно разговаривать (как ему самому казалось) с самками. Тем более самками в статусе. Тем более самками отца.

Сири вздрогнул, когда Сиэль после некоторого путешествия в тишине что-то у него спросила. Правда, ответить он даже не успел — странные облака возле далёкой горы будто разошлись, бухнув тяжёлым грохотом и ощутимо встряхнув землю. Выпустив когти, лев обеспечил себе более-менее устойчивое положение (а учитывая массу, так вообще стал монолитом), а вот его спутнице повезло несколько меньше. Честно сказать, Сири не мог бы ответить, чему больше испугался — тому, как громыхнуло на горизонте, или тому, как самка, пусть и невольно, но привалилась к нему в поисках опоры. Втянув воздух, самец едва не забыл как дышать, но поднявшееся вокруг буйство природы привело его в состояние более-менее адекватное. Переждав самые мощные колебания, львы быстро переглянулись, и Ри сделал первый твёрдый шаг вперёд.

- Бежим ! — скорее предложил лев (ну не звучал его голос твёрдо никак), указывая головой вдоль реки, — Боюсь, кто-то мог пострадать, надо им помочь!

—-→ Западные берега реки Зимбабве.

— Приятно познакомиться, Кисири, — в тот момент, когда Сиэль произнесла эту фразу, на её морде была улыбка, глаза лучились счастьем и в принципе львица излучала всем своим телом позитив (словом, выглядела точно так же, как когда узнала, что может-таки быть принята в прайд), однако, если бы вообще все мысли самки отражались на её внешности, брови одиночки скорее были бы нахмурены, глаза прищурены, а пасть чутка приоткрыта. Она долго и внимательно всматривалась бы в морду своего нового знакомого, пытаясь понять, встречались ли они раньше — имя, произнесённое львом, что-то всколыхнуло в мозгу серой львицы, и тот принялся пытаться выудить информацию из глубин сознания первые пару-тройку секунду, показавшихся целой вечность, но, так ничего и не обнаружив, бросил это дело. Вуаля — Сиэль вновь и в мыслях, и снаружи выглядела довольной, счастливой и предвкушающей встречи с королём — простите, с конунгом — Фаером.

Она двинулась следом за Кисири, но (пока что) молча. На каждый один большой шаг крупного льва приходилось два шага небольшой по размерам Сиэль, так что время от времени она была вынуждена отвлекаться от своих мыслей и часто-часто перебирать лапами, чтобы нагнать чуть ушедшего вперёд потенциального будущего сопрайдовца. А мысли её были об одном: о чём бы таком поинтересоваться у Кисири? Что она должна знать о прайде, в который идёт, и о его правителях до того, как встретится с ними лично? Сиэль перебрала в голове множество вопросов, пока не остановилась на одном, самом простом:

— А коро… то есть конунг Фаер — он какой?

Однако если одиночка и заметила вздрагивание своего провожатого, то связала его явно не с разрезавшим тишину своим вопросом: яркая вспышка вдруг озарила саванну, превратив глубокую ночь в яркий полдень, а вода в реке покрылась крупной рябью. Сиэль непонимающе озиралась и даже кинула испуганный взгляд на Кисири: «Что происходит?», будто лев часто сталкивался с таким и знал ответ на этот вопрос… Но услышать объяснения самца ей не удосужилось — внезапный дикий и оглушительный грохот, донёсшийся с запада, заставил львицу подскочить от страха и всем телом вжаться в крупное тело Кисири, невольно, инстинктивно ища защиты рядом с таким большим самцом. Широко распахнутыми глазами она смотрела на кроваво-красное зарево, раскинувшееся за несколько километров от них, уши её были прижаты к голове, а шерсть поднята дыбом. Грохот смолк так же быстро, как и начался, а вот вибрация почвы всё ещё чувствовалась, да и огненные полосы, то и дело выглядывавшие из чернильно-чёрных туч на западе, не предвещали ничего хорошего. Сиэль в страхе обернулась, посмотрев на Кисири, и встретилась с его взглядом — она совсем не удивилась, увидев в глазах самца животный страх и тревогу.

— Бежим! Боюсь, кто-то мог пострадать, нам надо помочь!

Не раздумывая ни секунды, Сиэль тут же ринулась следом за Кисири. Она и сама не знала, зачем. То есть ищи самка для себя выгоду, она была бы уверена в правильности своего выбора — ведь если она поможет членам прайда, это пойдёт ей в плюс, когда она будет просить конунга о присоединении к их группе. Однако в данную минуту Сиэль думала совсем не об этом — здесь, на открытой местности они с Кисири отделались лишь лёгким испугом… Но что если львы Фаера оказались поблизости от деревьев или скал? Насчёт последнего одиночка, конечно, не была уверена, но вот эти джунгли, что начинались справа от них, похоже принадлежали прайду, и если кто-то из львов оказался придавлен свалившимся стволом…

—————

>>> Предгорья >>> Западные берега реки Зимбабве >>>

Ему было невыносимо жарко, затем холодно, затем снова жарко. Температурные перепады Мор худо-бедно научился переживать, в особо невыносимые моменты зарываясь в шерсть своей, по сути, мачехи. Старая гепард и сама промерзала до костей под пронизывающим ветром пустошей, однако не могла кинуть ослабшего одинокого котёнка, пусть и другого вида, на смерть. Она уже видела, как тот шугался теней больших птиц, и потому не отходила от него далеко даже во время охоты, заставляя себя питаться мелкой дичью. Они выживали, выживали назло всем и всему вокруг, но силы всё-таки не были вечными. Понимая, что скоро она просто упадёт без сил и дыхания, в один из дней гепард почти приказала малышу Мору катиться ко всем кошачьим богам и не трогать бедную старуху. Испуганный таким её тоном (до того самка ни разу не подняла голос на котёнка, даже если он срывал ей удачные охоты), считая себя виноватым и ненужным, Мор просто сбежал, причём даже сейчас он бежал, не разбирая троп, старался быстрее скрыться, дабы не привлечь на себя ещё беды. Но они ждали его впереди.

Фактически день он не ел, метаясь в поисках хоть какого-нибудь ориентира. Большая гора — единственное, что хоть как-то привлекало внимание — выглядело слишком маленькой, а, значит, находилась далеко, чтобы пытаться её достигнуть, а иные особенности пейзажа почему-то львёнком не замечались. С наступлением ночи он продрог, промок и хотел лишь спать, когда эта самая гора взбунтовалась, будто налившись кровью облаков, и выплюнула в небо лавовый фонтан. До одури напуганный внезапно задрожавшей землёй и грохотом небес, Мор укрылся в траве, и как только лапы снова смогли удерживать его ровно на земле, понёсся куда-то вперёд в надежде встретить хоть кого-нибудь вроде большой кошки.

Его подвели все органы чувств, не позволив не только услышать, как рядом плещется бурная река, но и даже не увидеть речных отблесков покрасневших облаков. Несясь вперёд, львёнок совершенно не ожидал увидеть перед собой водную гладь (и даже мгновенно намокшие лапы его не вразумили), а потому, не совсем готовый к чему-то подобному, не слишком удачно оттолкнулся и прыгнул в попытке перелететь хоть какую-то часть реки.

Естественно, ему это не удалось! Бухнувшись в воду, седой львёнок забарабанил по глади лапами, стараясь удержаться на ней. Его жалкие попытки барахтаться явно могли привлечь местных кровожадных рептилий, да вот только откуда Мору было о них знать? Он и о существовании каких-то отличных от пустошей земель-то не знал, не то, что там есть реки, а в них есть крокодилы.

Сил позвать на помощь совершенно не было — сказывалась усталость, общий шок и попросту оцепенение от холодной воды, которая неотвратимыми волнами накатывала на львёнка, грозясь утопить бедолагу.

Обволакивающий холод в какой-то момент стал казаться не таким уж страшным и неприятным. Онемевшие конечности уже не чувствовали колебаний воды, шерсть намокла, хохолок почти закрывал глаза, то и дело в нос забивалась вода. Судорожно дышащий львёнок уже несколько раз глотнул ледяной воды, а потому даже вздохнуть иной раз ему было тяжело. Мор готов был закрыть глаза и с покорностью принять свою участь, когда его почти рывком схватили за шкирку.  Всё ещё бултыхаясь в воде почти по плечи, котёнок сжимал челюсти сильнее, потому что как только верхняя часть его тела оказалась над водой, его обдало ледяным ветром. Вряд ли он мог особо сопротивляться что спасению, что холоду, потому что уже в который раз обессиленно висел в зубах, в короткие вспышки сознания осознавая меняющуюся реальность.

Рывки, которыми передвигался лев, не позволяли Мору впадать в беспамятство, но, тем не менее, и несколько ухудшали  общее его состояние. Благо, желудок детёныша был пуст, а потому извергнуть оттуда было нечего. Правда, это не мешало серому давиться, пытаясь не проглотить язык. Вот сейчас ему как раз хотелось пить, потому что во рту было сухо. Тем не менее, суше и вправду стало, по крайней мере в тот момент, когда его поставили на относительно твёрдую землю. В изнеможении рухнув, аки мёртвый тюфячок, Мор снова закрыл глаза.

Но спаситель не желал его оставлять просто так. Где-то сверху прогремел его звучный голос (какое дежа-вю!), вот только на этот раз у, как оказывается, дважды спасённого котёнка не хватило сил даже на одну короткую фразу. Он, как мог, лишь покачал головой из стороны в сторону, показывая, что живой, и продолжил лежать в грязи и траве. Хоть тут было не так холодно и не было опасности утопиться, уже хорошо.

Его пригрели. Его не били, не кусали, не истязали, на него не кричали. С ним обращались... почти нежно? Мор разлепил глаза, пытаясь посмотреть, кто же его так оберегает, но не смог даже повернуть головы. Он положил её на лапу взрослого и медленно попытался вспомнить, как можно спокойно дышать. Крупная дрожь било тело львёнка, но он, стараясь унять беспокойный тремор, сжимал челюсть всё сильнее, чтобы зубы не стучали, чтобы не прикусить язык. И вроде пока получалось.

Когда его затылка коснулся язык, самца аж передёрнуло, но он сдержался, не издав не звука. Этот жест был явно показателем доброго расположения, и кот позволил себе расслабиться и затихнуть. Из-под полуопущенных век он оглядывал реку, плотный туман, ощущал всем телом тепло, исходящее от спасителя. В одно мгновение Мор проникся к нему таким чувством благодарности, что, наверно, не смог бы выразить ничем. То, что его не торопили, не подгоняли, позволяя набраться сил, ещё больше покорило и без того не обласканное нежностью сердце львёнка. Даже если он сейчас обернётся и увидит безумно страшного льва с наполовину раскуроченной мордой, без глаз, без зубов и без ещё чего-нибудь, он был готов любить отважного спасателя всей своей небольшой душой. Только бы не бросил...

Его и вправду не бросали. Голос, в котором слышалось подобие улыбки, разморил Мора, и тот, наконец-то собравшись с мыслями и силами, смог на него отреагировать.

— Спасибо, — почти выдохнул он, попытавшись перевернуться и посмотреть на льва. Хм, а ведь не такой страшный, очень даже... хороший.

— Спасибо, — повторил Мор, пытаясь встать. Он и вправду достаточно согрелся, чтобы самому продолжить путь, но не знал, что ему ещё нужно делать. Он ждал от старшего приказов, указаний, советов — хоть чего-либо, чтобы Мор знал, как ему себя вести. Подчиняться? Быть спокойным? Замолчать и вообще не отсвечивать лишний раз, дабы не раздражать? Ведь ему жизнь спасти, Мор был готов даже имя своё забыть, как забыл первое. Хотя он всё же надеялся на хороший исход, на минимальную долю комфорта.

О, его не били! Не ругали, не кричали... Совсем ничего плохого. Пожалуй, его спасителю можно было доверять? Мор широко раскрыл свои волчьи глаза, рассматривая льва как можно тщательней. Он казался совершенно неприступным, суровым и крайне взрослым, и всё-таки в его голосе слышалось что-то похожее на заботу и беспокойство. И всё-таки львёнок не стремился рассказывать всю свою жизнь, да и с какой же начать? С первой или со второй, с той, с которой приказали расстаться, или с той, которую он едва не забыл?

Пока он решался, явно заминаясь, его взгляд скользил по спасителю, цепляясь за мелочи. Густая тёмная грива, длинные лапы (а, значит, и сам лев немаленький), но не толстый, а поджарый, что видно даже по груди, пронзительные зелёные глаза и... и мужественный, проходящий через половину морды шрам, явно боевой, явно полученный в схватке. У Мора аж перехватило дыхание, когда он представил, как этот шикарный лев сражался, проливая кровь, как решительно он выглядел, окроплённый чужой и своей кровью!

Но надо было отвечать, и, вздохнув, львёнок начал свой короткий, безрадостный рассказ:

— Мор. Иммортель. Теперь меня зовут так, — он решил не говорить и даже вспоминать первое имя, будто бы убивая в себе остатки прошлого, — Я... с того берега реки, — сказал малыш очевидное, не зная, как иначе обозначить свою жизнь. Ведь он и даже близко не представлял, где погибла его мать, где его приютили и куда в итоге его вывела гепардиха.

О дивный новый мир! Каким ты станешь для этого потерянного львёнка?

—-→ за Мхиту

Отредактировано Мор (10 Июн 2018 22:14:58)

——————— Гейзеры ————————–

Открывающиеся виды совсем не радовали ни взор ни душу. Лишь напоминали о всех невзгодах, которые пришлось пережить и еще придется перенести. Тело болело от сна на жестких камнях. Если ты и падал раньше от усталости, то явно на что-то более мягкое и приятное. Ты остановился на пригорке и нахмурился. Теперь, вместо противных гейзеров взору раскинулась сгоревшая равнина по ту сторону реки. Это черное пепелище сильно бросалось в глаза. Да и наличие водоема совсем не радовала. Тебе можно было вытянуть лапу и это черное пятно берега ничем не отличилось от цвета твоих лап. Вода своим цветом напоминала тот странный пар, от которого кружилась голова.
Мерзко.

Ты был любителем окунуться в лужу другую, но заросшая тиной и кишащая рептилиями жидкость никак не привлекала. Уж лучше найти что-то более прозрачное и безопасное. С другой стороны, выгоревшая часть была не таким плохим бонусом. Как минимум, вы были на этой стороне реки. А значит не придется рисковать своей шкурой, чтоб куда-то перебраться.
Вот она жизнь, хочешь позавтракать, а и сам можешь стать чьим-то завтраком.
Если отметить еще один плюс, то вся дичь в большей или меньшей степени перекочевала на оставшуюся сторону "зелени". Но скорее всего и вовсе покинула данное место обитание. Ты понюхал воздух и не учуял ничего, кроме стойкого запаха трясины, гари и плесени. На морде тут же повисла недовольное выражение, а затем ты вовсе чихнул.

Да и у Бахати видимо были те же впечатления. Но в отличии от тебя, гиен проговорил их в слух. Ты воздержался от комментариев, тяжелым взглядом созерцая все это "великолепие". А затем просто кивнул, позволяя пятнистому стать проводником.

Главное, что была перспектива покинуть это место. И желательно как можно скорее. Кто знает, чьим завтраком тут еще можно знать, а где утонуть. И, честно говоря, перспектива идти к озеру казалась не очень заманчивой. Если уж река находилась в таком состоянии, то и озеро не было безопасным местом. Как минимум, там можно будет разжиться завтракам и только. А дальше опять продолжить поиски чего-то более привлекательного. Как по внешнему виду, так и по прибыванию пищи. Хорошо, что в голове до сих пор копошились остатки сна. И желудок молчал, заменяя голодные спазмы на приступы тошноты. Ему в такт помогал и зловонный запах этого места. Сон, похоже, был немного в лапу. Ты тяжело вздохнул и последовал за проводником, понимая, что теперь лицезреть данную красоту придется еще как минимум день.

——————— Дальние пастбища ——————-

Отредактировано Пшат (30 Июн 2018 19:34:43)

——) холмы  ——-) высохшее русло

- Какая гадость, - агрессивно кривя морду и корча поистине ужасающие рожи, чистоплюй-Тоффи потряс четырехпалой лапой, презрительно косясь вниз. Эк тут все развезло то... видимо не только после дождей - даже отсюда, в пасмурном небе можно было разглядеть мрачную завесу оседающего дыма и пепла, благодаря чему наступающая ночь казалась еще темнее, еще гуще... еще мрачнее. В темноте бдительные глаза самца заметили шевеление в недрах стоячих вод. Чешуйчатый гребень лениво рассек неподвижную водную гладь, и через секунду погрузился в мутные пучины оставляя за собой постепенно исчезающую, растворяющуюся в мутной воде  "стрелу".

Крокодилы.

- К воде лучше близко не подходить, - громко предупредил плетущихся позади спутников красногривый, с чавкающим звуком выдернув другую лапу из болотного, вязкого месива и с капризным видом  прижал испачканную конечность к поджарому брюху. По хорошему надо бы отыскать где-нибудь здесь источник чистой воды, потому что эта гнилая лужа никак не годилась под утоление жажды бродяг. Впрочем, стараясь не подходить к краю, Тоф все же поскреб когтями размякший грунт, вырыв подобие неглубокой ямки, мигом наполнившейся мутной, сероватой влагой и бесстрашно окунул туда морду... и тут же отскочил в сторону капризным котом высунув  наружу от омерзения кончик языка. Это была очень... плохая... идея! Все еще содрогаясь и нервозно отряхиваясь, Сладкоголосый решительно "прочавкал" дальше, сменив курс на более сухой, каменистый участок где можно было бы расположиться и передохнуть. Путь выдался неблизкий.

Оставив по краю каменных плит цепочку смазанных липких следов, Тоффи тяжело завалился на бок, как обычно гримасничая принявшись яростно вылизываться, дожидаясь, пока остальные дошлепают по грязи до этого более-менее подходящего для банальной передышки участка. Вот уж приключений сегодня набралось. Да и их ряды вон... пополнились. Прекратив со смачными звуками облизывать свою выпачкавшуюся шерсть, мутант сочно причмокнул и с усталой ленцой  воззрившись на "дополнительную единицу" их маленькой армии. Подросток покуда они топали до этого богами забытого места весь успел перемазаться, и теперь его белые перчатки на лапах не были уже такими... белыми. Фактически малец так и вовсе сливался с мрачным фоном, тенью следуя за громадным "холмом" по имени Хаган. А затем взгляд опустошителя перескочил на недовольную, мельтешащую неподалеку от ровно вышагивающего Деваса мордочку Иштар. Мда... Если бы Тоффи не ломанулся назад как под костлявую задницу ужаленный, хана бы всем была, и в первую очередь зеленому юнцу и юной самке. Этим двум остолопам что сделается, через всякое проходили. Хагану так вообще поди в радость пободаться с кем-то "своего размера".  Глухо, иронично хмыкнув в мятые усы, темный молчаливо перевернулся на другой бок, устало вытянув перед собой лапы и свесив с приступка мокрую парную кисточку хвоста.

Сложно.

Немезис, черной лентой выскользнувший из растрепанной гривы своего хозяина свернулся кольцом рядом, подняв изуродованную головку и молчаливо уставился на застилающие небо в облаках темные хлопья вдали. С некоторым напрягом покосившись в сторону Хагана (змей был все еще неприятно впечатлен тем, с какой легкостью исполин "предал" свою спутницу и позволил бедной Сомбре расплачиваться за свой поступок), Немезис обернулся к лениво распластавшемуся по камням Тоффи. - Ну и? - мамба иронично воззрилась на томно прикрывшего глаза льва. - Что мы дальше то делать будем?

- Мир завоевывать, - лениво отозвался самец, покривив губы, и поднял голову, гордо выпрямившись на месте, поведя плечами. -  На этих территориях я пока не почувствовал ни меток, ни следов чужаков которые бы сновали здесь вперед нас. И не удивлен, местечко то так себе, - шаман выразительно огляделся по сторонам, дескать, ну какой  здравомыслящий лев будет тут жить! - Вот поэтому, пожалуй, тут мы  и обоснуемся, - расплылся в хитрющей, самодовольной улыбке темношкурый. Прежде чем ему бы хором затвердили, что он, дескать, безумец, жить в таких условиях, Тоффи громко хлопнул по земле хвостом. - Земли тут обширные, и их неплохо бы исследовать, найти границы... или их обозначить.  Большая земля лучше маленькой пещерки с толпой придурков-недоумков, - закатил глаза "сахарок". - Прежде всего нам нужно место где есть вода и еда. А насколько я знаю, крокодилы не селятся там, где совсем нечего жрать. Даже отсюда я чувствую запашок тухлятинки и это неплохо... - он лениво потянулся, цапанув когтями шероховатый покров каменной платформы на которой столь удобно расположился. - Так вот... Я собираюсь разведать что тут к чему, найти местечко где можно попить, искупаться и отоспаться, а потом раздобыть покушать, потому что из-за кое-кого, не будем показывать пальцем, пришлось оставить ВСЮ нашу добычу и мы свалили с пустыми желудками. Для начала...  Кто согласен с моим планом может сделать рожу посимпатичнее и улыбнуться. А кто не согласен... ну, я вас очень внимательно слушаю.

Отредактировано Toffee (26 Окт 2018 23:52:55)

Холмы>>>Высохшее русло>>>

Ты смотри, а самочка-то не промах!

Девас не отказал себе в удовольствии одарить взбрыкнувшую Иштар широкой, с многозначительным налетом блуда, ухмылкой, едва ли не проведя своим языком по внезапно пересохшим губам. Дерзкая, значит? Или это под теплыми крылышками Тоффи ты чувствуешь себя бессмертной?

- Ты знаешь, крошка, мой приятель тоже будет не прочь поразвлечься с тобой, - хрипло гоготнул он, подмигнув тяжело шагавшему, словно страшная гора, Хагану. – А то в последнее время ему что-то все бабы начали отказывать. Даже моральную травму нанесли, сожрав единственную нахлебницу, - делано пожав плечами, гребнистый самец снизил голос до заговорщицкого полушепота. – Знала бы ты, какая у старины Хаги трогательная и ранимая душа. Младенца не найдешь с такими чистыми слезами! Главное – хорошенько рассмотреть старика изнутри, и у тебя есть все шансы попасть к гребанным звездам, крошка.

Благо, что старший брат был слишком занят исследованием нужных (или не очень) им маршрутов, держась чуть впереди с ноздрями нараспашку и бдительно осматриваясь по сторонам. Да и бросаться на защиту дамочки, чтобы заткнуть пасть своему словоохотливому родственничку, он явно не собирался. Физической расправой угрожают? Хотят насильно трахнуть под пальмой? Нет? Тогда какие проблемы – топай да хрумкай остроумие местного разлива.

Можно было и дальше провоцировать Иштар своим второсортным юморком, кабы не местность, постепенно сменившаяся на какое-то омерзительное болото. Под лапами смачно зачавкало, а в нос ударил такой стойкий запах застоявшейся сырости и гнили, что даже непритязательный, в целом, Девас брезгливо фыркнул, скривив гримасу отвращения. В желудке волной прокатилось несколько красноречивых спазмов, вынудившие льва поплотнее сомкнуть свои сколотые клыки, дабы случайно не выблевать свой недавний мясной фуршет. Да и соколица, что все это время с бдительным молчанием восседала на загривке своего хозяина, вдруг встрепенулась, раздраженно хлопнув крыльями – новые территории пришлись ей не по душе.

- Не бузи, Стрела, - буркнул Дев, машинально стряхнув с передней лапы прилипшие комья грязи и ошметки вонючей тины. В отличие от блюстителя девственной чистоты Тоффи, он уже практически по уши измазался в слякоти, отчего его шкура приобрела землисто-бурый оттенок, с вкраплениями жухлой растительности вдоль нижней части корпуса. Однако бывший капитан мало обращал внимания на свой парадный вид и просто тащился вперед, периодически подтягивая к себе за шкиряк странного и нелюдимого юнца, которому преодоление вязкой, напрочь размытой почвы, явно давалось с трудом. Отбросив безуспешные попытки завязать с ним хоть какой-нибудь разговор, Девастатор только и мог теперь искоса наблюдать за подростком, чтобы тот вдруг не увяз в очередном дерьме.

Медленно, но верно, остатки сил истекали, и с каждым шагом гребнистый самец ощущал все большую усталость. Но подходящего места для долгожданного отдыха все не попадалось, да и с трудом заметные ряби на черной воде в реке как-то не внушали доверия. Бл*ть… Крокодилы!

- Какой ты догадливый, - не удержался от шпильки Девас, остановившись рядом со старшим братом и хмуро покосившись с кромки вязкого берега вниз. – Ух, какая х*рня здесь плавает! Впечатляет, покруче красножопых баб с их горящими аурами, а? Чешуйчатые мрази… Тьфу! Ненавижу! - сердито плюнув в сторону водоема, темный шаман неторопливо вернулся к спутникам и,  утомленно зевнув, похлюпал дальше, следом за Тоффи. Он люто не переваривал этих жадных до плоти, мерзких зубастых тварей, с которыми у львов была постоянная вражда за каждый кусок мяса. Гнусные, подлые и безмозглые, под стать той вонючей реке, где они сейчас обитали. Заостренные уши то и дело напрягались, едва заслышав практически бесшумный всплеск воды или жуткое щелканье челюстями, а сам Опустошитель невольно скалился, в опаске поглядывая на мутную гладь реки и мечтая как можно скорее убраться отсюда…

…н*х*р. Трижды наивный.

- А не ох*ел ли ты, часом, братишка?! Да это… - немедленно  возмутился, было, Девас на твердое намерение Карамельки обосноваться именно здесь, на каком-то скалистом клочке более-менее сухой земли, в опасной близости от сомнительных соседей. Но прерванный довольно красноречивым стуком чужого сдвоенного хвоста о землю, бывший капитан примолк, лишь скривив рожу в нахлынувшем недовольстве.  – «Что же ты тогда столько времени яйца свои чесал среди толпы придурков-недоумков, прекрасно видя их тупость?» - так и хотелось заметить младшему шаману, однако он сумел сдержать всю свою желчь не дальше мыслей. На очередной срач с братом по поводу бывшей банды Опустошителей не было никаких сил, да и желания, кстати, тоже. Поэтому Девас только громко фыркнул и грузно плюхнулся на бок, намеренно заняв своей коренастой тушей большую часть сухой полянки. Яка, предусмотрительно взмахнув крыльями, перелетела на широкую голову Хагана – она вообще не брезговала временами восседать у гиганта на макушке. А сейчас вон, даже место освободилось. – Кстати, нашу ВСЮ жрачку сирым и убогим раздал именно ты, Тоф. И можешь хоть вусмерть все здесь обозначить – все равно в такое д*рьмо любой, более-менее дружащий с башкой и инстинктами лев не припрется. Лично я собираюсь поспать. Да, на голодный желудок. И я даже готов вам симпатично улыбнуться, крошки, раз это вас так заводит,– и он изобразил широкий, до предела кривой оскал, что аж десна затрещали между рядами сколотых зубов, после чего вновь устало зевнул.

Детский сад... нет... младшая ясельная группа.

С неприкрытой иронией воззрившись на откровенно паясничающего брата, темношкурый лишь картинно закатил глаза к темнеющему небу - предки великие, и за какие такие грехи вы наградили его такой компанией? Таким братом... И таким другом - покосившись на грозно проворчавшего Хагана, отозвавшегося не в пользу опасливо притихшей за спиной мутанта Иштар, Тоффи громко, многозначительно хмыкнул, и с ехидной ухмылкой во всю перекошенную морду обернулся через плечо к опасливо притихшей самке, мол, да не дрейфь, он дядька добрый, дурной - но добрый, ничего тебе не сделается  Да, и это после того безумного броска на подопечную красношкурой дьяволицы. Добрый он...

- Сладенькие мои, расслабьте уже свои подхвостья,  если вы та-аак всем недовольны, - Тоф ткнул раздвоенным хвостом куда-то в пустоту, при этом смешно подметя одной безжизненной взлохмаченной кисточкой порог каменного временного лежбища. - ... выход там. Там, там и там - везде! Уж коль в твоих представлениях, братишка, сирые и убогие это шаманки размерчиками с нашего старика с целой свитой, мне страшно представить кто же тогда будет для тебя по-настоящему опасным противником. Иди и справляйся с этим сам, я лучше живым еще немного побуду, а ты как хочешь. Так... Ладно, хватит пустых споров, рано пока здесь спать, Хаган прав - не среди крокодилов, - самец решительно поднялся на лапы, деловито отряхнувшись, окатив брызгами грязи своих спутников, а затем лениво, чисто по-кошачьи потянулся, звучно царапнув щербатый камень. Хм... сколько глины. Вязкой, липкой, смешанной с гнилыми "помоями" местного разлива. Пожалуй, надо взять с собой немного, а то мало ли когда они сюда еще вернутся (привет крокодилам от соседей), а такая байда в хозяйстве у шамана всегда сгодиться. Покрутив косматой башкой по сторонам, Тоффи с бодрой  жуткой улыбкой потопал куда-то к краю их утопающей в грязи "лежанки",  нагло перешагнув через худое тело подростка (вы посмотрите, не удрал таки), темный шаман замер у самой кромки болота и, немного помешкав, подцепил лапой из месива звучно чавкающую, рогатую, сколотую со всех сторон черепушку  давным-давно почившего тут травоядного. Поудобнее перехватив зубами за сколовшийся, кажется еще во времена динозавров рог, Сахарный щедро зачерпнул смачно капающей, "ароматной" жижи в такой импровизированный "кубок" и положил тот на землю, рядом. Это я, дескать, возьму с собой, ми амигос.

- Значит так, - причмокнул самец, томным взглядом воззрившись на своих товарищей сквозь приопущенные, тяжелые веки. - Привал закончен. Пошли, выберем себе место для ночлега, - он запнулся, опустив голову и внимательно обнюхав вжавшегося брюхом в камни "Вороненка", обратив внимание на спекшуюся кровавую корку у него на конечностях. - Поковыляешь еще немного, выйдем на более-менее чистое место, я займусь твоими ранами. И твоей тоже, - он обернулся к Иштар, скользнув взглядом вдоль ее гибкого, выпачканного в грязи, пыли и травяном соке тела. - Иначе твоя недавняя рана может загноиться. Пошли... теперь можно не спешить, отсюда нас никто не прогонит. За мной... - коротко скомандовал красногривый, подбирая свою плошку с глиной и гнилой водой, с чавкающими звуками вновь погружаясь по локоть в "роскошные" донельзя вонючие ванны, упрямым  корабликом пробивая себе путь к твердой земле и оставляя за собой глубокий след. - За мной Хаган и Девас. Иштар и Ворона идут последними, по нашим следам. 

—–) дальние пастбища

Отредактировано Toffee (30 Дек 2018 18:00:18)

И ежу было понятно, что выспаться в этой вонючей, противно вязкой и липкой местности, когда каждую минуту твоя жопа рискует быть жестоко надорванной местными хозяевами, вряд ли получится. Крокодилы - это вам не возомнившая вселенским злом великанша, с ними о чем-то договариваться... да проще сразу в болото нырнуть, как раз на пир поспеешь в качестве основного блюда. Поэтому Дэвас, хоть и уложил свою гребнистую башку на полянке, кое-как сдерживая презрение и стараясь почти не кривить физиономию, все-таки умудрился издать еле слышный "свист", незаметно поджав губы. Нахохлившаяся на каком-то обломке дерева Стрела, немедленно взмыла ввысь и, мигом сообразив, в чем суть распоряжения хозяина, принялась размеренно описывать круги над рекой, внимательно наблюдая даже за малейшей рябью воды. Но пока толстокожие рептилии не подавали признаков недовольства, и бывший капитан постепенно успокоился. Даже если Тоффи на самом деле соизволит обосноваться именно здесь, прямо на краю верной погибели... что ж, тогда братья распрощаются друг с другом навсегда. Давно пора.

Лениво поцокав языком по своим обломанным клыкам, Девастатор приоткрыл один алый глаз и быстро оглядел кислые морды остальных. Решение старшего шамана не нравилось никому, включая малыша и песочную бабенку, однако они по какой-то странной причине все равно старались держаться рядом, среди этой кучки кочевых разбойников, у которых с собой не было даже жрачки. Кстати о жрачке... В желудке гребнистого самца вновь заурчало, ненавязчиво сводя все мысли к сочному куску мяса, отчего Девас не смог сдержать вздох сожаления. Ну надо было этому Тоффи-везде-суну-свой-х*й отдать их жратву Абаддон, а? Ну что бы она им сделала, еб*ный в пасть? Впрочем, вступать в очередной спор с братом по поводу врагов и инстинктов самосохранения отчаянно не хотелось, да и в глубине своей души Девас все-таки признавал правоту двухвостого мутанта. Уж больно они проигрывали чужакам в силах, даже с наличием грозного старика Хагана.

- Аккуратнее, г*внюк!- сердито скривился Девас, когда несколько брызг грязи угодило ему прямо в морду. Небрежно скрябнув когтями по переносице, чтобы счистить мерзкие ошметки тины, младший шаман неспешно поднялся с земли и повернулся к остальным, готовый немедленно свалить отсюда. Случайно зацепившись взглядом за тощую жопу Тоффи, которая зависла почти у самого края болота, Опустошитель с трудом отделался от навязчивого желания отвесить размашистый пинок по мягкому месту двухвостки и тем самым "освободить" себя от больной братской зависимости. Разумеется, ничего подобного Девас не произвел, а только брезгливо покосился на глиняную добычу старшего, после чего со скучной мордой нырнул лапами в вязкую жижу, всем весом давя широкие следы, оставленные Хаганом.

>>>Дальние пастбища.

—- )  Дальние пастбища

Тоффи вполне себе бодренько трусил по прокаженным забытым землям, смачно чавкая хлябью под лапами, да покачивая своими не шибко привлекательными, а местами так вообще костлявыми бедрами.  Плошку под "ресурсы", самец крепко зажал кривыми клыками и чуть запрокинул вверх, рискуя уронить себе ту на морду. Периодически рыжегривый останавливался чтобы пометить свою новообретенную территорию, когда видел на своем пути особенно привлекательный куст, или старое полено бывшее некогда роскошным деревцем - то, на что первым делом  падал взгляд, пока он пересекал безжизненные пустоши. К слову самец совсем не выглядел расстроенным, разочарованным, или унылым, как его спутники, мол, в каком дерьме мы вынуждены теперь ютиться... Даже довольным, с привычной хитрой миной растягивая уголки тонких, извечно поджатых губ.  Кажется его более чем все устраивало. И эти кривые коряги, и скудная растительность, отсутствие нормальной живности и "дружелюбные соседи крокодилы"  прямо под боком. Во всем шаман видел свою собственную пользу... Например, унылый пейзаж - и что с того? На эти земли не придет толпа кровожадных захватчиков в поисках наживы - а они сами то не прям чтобы ой какие сильные сейчас... пока что. После долгих прогулок по бескрайним африканским просторам, во время которых они уже все лапы в кровь вон стерли, Тоффи не чувствовал в себе ни сил не желания чтобы сражаться с кем-либо за кусок земли, пускай даже за него все духи бы сделали... напрягаться не хотелось от слова вообще. К тому же чуткие струны души шамана трогала местная мистика.  Как бы там его ребятки рожи не кривили, а энергетика здешних мест заставляла темных шаманов аж вздрагивать в неописуемом экстазе, чувствуя аж несколько очагов потусторонней связи, которую Ириска непременно потом испробует. Это тоже послужило для него своеобразным якорем, чтобы остаться. Зачем покидать место которое все бросили, когда можно его спокойно переделать под себя? Да и что они... неженки какие, чтобы мечтать о заливных лугах да о жирных зебрах, которых все равно придется отдать куче голодных ртов?

Если уж с кем-то делиться... то ради чего-то, а не просто  потому что "семья должна быть дружной и у всех всего поровну!".

Это рабство и вообще неправда. Тоф всегда был приверженцем сугубо деловых отношений, даже в семейном плане.

Пока он сюда шел, в косматой голове темного выстроился уже свой план, которому он намерен придерживаться не взирая на братское нытье (самку и детеныша он в расчет не брал, на то они "женщины и дети"). Им нужно место для отдыха,  для восстановления своих сил - иначе как можно  просить помощи у вредных духов, будучи ослабленным и не отдохнувшим! Они останутся здесь. Он так решил.

Но прежде чем зажить здесь "долго и счастливо", надо бы утрясти все дела с соседями. Не то чтобы их здесь много (слава предкам), но как то не хотелось бы, чтобы при следующем заходе на речку, вот как сейчас, глины набрать, или там водички попить (хотя фу, надо поискать источник воды получше) ты закончил свою жизнь в пасти крокодила.

- О! - воодушевленно взмахнул разветвленным хвостом мутант, приметив  прямо по курсу один возвышающийся прямо на  речном берегу непонятный холм, из которого торчала пара... палок? Загнутых, причудливой формы. Шаман даже далеко не сразу понял что это дохлый буйвол, невесть как забредший на эти земли. Ну... то что осталось от буйвола - обтянутый высохшей кожей полностью выеденный  скелет, с идеально целой, но сморщенной и поплывшей от сырости головой с крупными рогами. Эк его обглодали то... Бесстрашным исследователем Ириска приблизился к покрытому тиной и ошметками грязи трупу, с любопытством заглянув туда, где были почки, печень, кишки, селезенка и прочая вкуснятина, просунув длинную морду в это подобие палатки и задумчиво пожевав торчащий из пасти кусок коры. Вот это здоровячина был! Да в таком жить можно!

Хорошая крепкая кожа.... все равно никому не нужная. Да и кости тоже. Вроде бы никто не возражает, если Тоффи немного заберет с собой, верно?

Ну... кто-то против да нашелся. Ближайшее к самцу бревно, оказавшееся  старым, вредным и до ужаса недовольным крокодилом (о боже, как неожиданно!) дрогнуло, и медленно, точно крейсер подрейфовало навстречу слишком занятому льву аккурат со спины. При этом маленькие, черные крокодильи глазки весьма критично, и чего уж там, с откровенной тоской пробежались по поджарому, крепкому тела самца, как видно оценивая качество и количества мяса, которое, увы, ему на один зубок. Но, как говориться, голод не тетка - жри что дают! Да вот только ему не дали... Хищный поворот, стремительный бросок - но Тоффи оказался чуточку проворнее, чем расчитывал кожистый гигант, лишь слепо щелкнув зубастыми челюстями в воздухе. Какая досада...

- Упс, - Тоффи выронил из пасти оторванный от каркаса шмат кожи, на  сухожилиях которой болталось несколько мелких костей. Вальяжно проведя языком по запачканной темной шерсти, Тоффи весьма осуждающе посмотрел на мрачное "живое бревно", мол, ну как же вы так, товарищ, чуть не убили! - Промахнулся...

- На этот раз, - злобно рыкнул ему в ответ крокодил, раздраженно хлопнув по водной хляби своим тяжелым, шипастым хвостом, уж было собираясь вновь неуклюже уползти на грязную глубину своего родного болота... но неожиданно был остановлен коротким присвистом  наглого самца. А ты не охренел ли часом, дорогой господин?

Ириска широко ухмыльнулся, секунду-другую полюбовавшись крайне недовольной и обалдевшей здоровенной ряхой крокодила, а затем осторожно приблизился к водной кромке словно бы дразня неуемный аппетит своего рептилоидного "собеседника". С огнем играешь, дорогой.  - У меня есть выгодное предложение для тебя и твоих братишек...

- У меня встречное, - перебил его  здоровяк, лениво но целеустремленно разворачиваясь обратно. - Как насчет ужина со мной, где твоя костлявая жопа будет мне в качестве первого, брюхо на второе, а голова на десерт?

- Нет, дорогуша, я бы не стал на твоем месте есть того, кто мог бы меня накормить посытнее. Да-да приятель, не делай такую скептичную рожу, уж я то знаю, какой ты должно быть голодный, - Тоффи выразительно огляделся по сторонам. - Сомневаюсь, что сюда частенько заглядывают травоядные на водопой. Поди пузико к позвоночнику прилипает, или я не прав?

Судя по недовольно скривившейся зубастой морде, Тоффи то был как раз очень даже прав, но кто ему в этом признается? Ведь в этом богами забытом месте действительно скудное место для пропитания и едва ли изредка забредающие в грязные болота животные могли бы насытить крокодилью братию, которая постоянно друг с другом грызлась и даже проявляла наклонности к каннибализму. Видимо это заставило зверя притихнуть и все же, не смотря на явное желание пожрать говоруна, дослушать его до конца. Он же ничего не потеряет, верно?

- Прав значит. Хорошо... Дело в том, что я и мои приятели хотим здесь обосноваться неподалеку... - самец неопределенно махнул лапой куда-то назад. - Так вот.  Мне бы не хотелось, чтобы моих ребятушек слопали твои друзья. Я предлагаю вам, крокодилам, сотрудничество, не безвозмездное конечно, как же иначе! Меня зовут Тоффи, я первый темный шаман древнего рода, Опустошитель и просто славный парень... все что находится за территорией этой реки с той стороны - принадлежать будет мне. В том числе и вся та еда, что так далеко от вас. Я, или мои соратники будут приносить вам одну тушу каждую неделю, в качестве подарка, а вы просто не будете нас трогать. Или тех, которые скажут, что от меня. Всех чужаков которые имели наглость сюда явиться - благословляю ваш стол, почтеннейшие, всеми предками. Подумай, приятель... халявная подпитка каждую неделю, или моя скромная, неаппетитная тушка сейчас, предложение весьма выгодное! Что скажешь?

Сладкоголосый с нескрываемым любопытством уставился в задумчивую зеленую морду неподвижно застывшего исполина. Крокодил явно был озадачен подобным предложением и не знал, что ему следует предпринять... да и стоит ли? У них вроде как лидер есть. Правда лидер этот течением повыше, а им здесь сейчас приходится ютиться в этих  голодных лужах, так что да... смысл в этом был. Но Адольфа уведомить следовало. Как бы не слажать, а то сейчас это трепло слиняет и оставит его с хвостом. Хотя так называемый "Тоффи" мог бы сделать это с самого начала, когда крокодил благополучно его упустил. Так что... - Ладно, - наконец молвил зверь, вернув свой взгляд на расцветшую хищной улыбкой морду льва. - Допустим, я тебе поверю. Хоть и не я заведую правилами, но я передам твои слова нашему лидеру, посмотрим, согласиться ли он. И сдержишь ли ты свое обещание, принеся моим братьям еды, - добавила рептилия, едва заметно поморщившись.

- Отлично, - не прекращая лыбиться прощебетал Тоф, вновь приблизившись к краю реки, под пристальным взглядом крокодила нахально черпнув обломком коры глину, как уже давно намеревался сделать. - Благодарю, - муркнул самец, с деловым видом упаковывая кости да плошку с грязью в куль из содранного им с трупа буйвола кожаного ошметка, да перетягивая жилами и сорванной тут же болотной лианой, наполовину скрывающейся под слоем тины. Вуаля, модная сумочка готова! - Я приду на днях с добычей, и вы не пожалеете, - самец кряхтя просунул мохнатую башку в образовавшуюся петлю, критично поправляя лапой сей модный аксессуар. Хорошо сидит? Как я выгляжу? - Ну что... до свидания, приятель?

Рептилия не стала рассыпаться в любезностях перед обнаглевшим львом, а лишь неопределенно фыркнула, выпустив из ноздрей парочку внушительных пузырей, а затем лениво развернулась к самцу задним местом, вновь старательно имитируя брошенное в воду безжизненное полено. Пф... ну не очень то и хотелось. Что ж вечно то Тоффи окружают сплошные недовольные рожи, вот бы кто хоть раз улыбнулся и согласился с ним просто потому что он такой умный, красивый и обаятельный!

Ну и ладненько. Пора возвращаться. И самец очень... очень надеялся, что по возвращению он не застанет картину... как в прошлый раз.

————–) Дальние пастбища

Отредактировано Toffee (28 Май 2019 16:46:18)