Когда солнечный шар уже практически соприкоснулся с горизонтом, Пирс наконец скомандовал привал. Питон довольно быстро взял на себя роль командира отряда наравне с Фрозеном, пользуясь своим возрастом, опытностью и авторитетом. Небольшие размеры змеи по сравнению со львами вовсе не мешали Пирсу чувствовать себя хозяином ситуации, однако с белогривым он всё же вел себя осторожнее, нежели с Нирнамэ. Младшим самцом было куда легче управлять, даже особо напрягаться не приходилось, и такое отношение Нира к наставнику помогало питону влиять и на остальных.

Черногривый же доверял Пирсу больше, чем себе, всё ещё остро переживая отсутствие гипноза. Нир познакомился с ночными кошмарами, жадно загребающими его всякий раз, стоило только сомкнув глаза погрузиться в сон. Пугающие, неестественные, такие знакомые морды помнились льву и после пробуждения, но он не мог точно сказать, кого видел. Несмотря на это, постепенно Нир пробовал свободу на вкус, отходил от питона в одиночку, иногда выполняя поручения последнего, как делал прежде. А порой и сам находил себе занятия, делая то, что захочется. Вскоре после теперешней остановки черногривый, заметив, как мается от безделья Фрозен, подошел к тому и спросил, не желает ли он занять себя делом и немного помочь Ниру. Фроз желал.

— Собери мяты, — предложил Нирнамэ, решив совместить полезное с полезным и пополнить свои запасы целебных трав. Хотя понравится ли его другу тыкаться носом в растительность, низко наклоняя голову к земле, тоже хороший вопрос. Но Фрозен согласился, и черногривый, уточнив, знает ли тот, как выглядит мята (разумеется, Фроз это знал), сам отправился в сторону густой растительности, мысленно приметив, какие ещё травы нужно собрать. Проблем с поисками не должно было возникнуть, благо что местность была ему более чем знакома. Именно тут он впервые встретил Адвар и Таонгу.

Неторопливо шагая среди редких деревьев, слушая шум водопада, что находился чуть в стороне, Нирнамэ низко склонялся к траве, щекотавшей нос, и принюхивался, отыскивая очередную траву. Он пытался занять себя делом, что ему нравилось, пускай травничество и было привито изначально питоном, но от воспоминаний было не сбежать. Лев провел лапой по шершавой поверхности камня, теряющего накопленное за день тепло, — то самое место, где любил отдыхать Пирс в приятные солнечные дни. Пройдя дальше и поискав по пути ещё несколько целебных трав, Нир приблизился к изогнутым, торчащим из земли корням деревьев, возле которых когда-то была зачастую примята трава. Образ спящей Адвар с троицей малышей у лап возник перед мысленным взором льва, и тот не смог точно понять, что чувствует. Правильным было бы сейчас вернуться к питону, рассказать ему, какие мысли и чувства вызывает это место, а тот обязательно придумает, что с этим делать. Но намерения Нира были прерваны неожиданным столкновением с Фрозеном.

В пасти белогривого виднелся пучок трав: видимо, лев преуспел в поисках мяты, но Фроз тут же выронил бесценную ношу, только заметив приближающегося к нему Нира. Предупреждающий крик о змее запоздал на какую-то секунду, Нирнамэ успел понять, что змеёй был не Пирс, но отдернуть лапу не успел, смачно придавив длинный тонкий хвост рептилии, а в ответ получил крайне болезненный укус. Выплюнув в моментально скорчившуюся от боли морду льва какое-то ругательство, змея поспешила исчезнуть в густой траве, а Нир припал на передние лапы, в наступающих сумерках судорожно пытаясь разглядеть место укуса. Боль и жжение с каждым моментом только усиливались, паника — тоже, и лев послал Фрозену полный отчаяния и страха взгляд, но понимание, что белогривого точно так же укусила эта ядовитая тварь, почему-то вдруг заставило Нира перестать звенеть яйцами и начать действовать как положено целителю. Резко крутнувшись на месте, желтошкурый уткнулся мордой в кучку трав, небрежно откидывая одну за другой в сторону, прежде чем на глаза не попались плоды ароспьеры. Без колебаний слизнув языком ягоду, самец осторожно захватил ещё одну и, буквально подлетев к Фрозену, ткнулся мордой в его морду, чуть ли не пихая ароспьеру тому в рот. К счастью, словами объяснять Фрозу ничего не пришлось, и целебное растение было сразу же съедено.

— Фуф, — выдохнул Нирнамэ, которого немного потрясывало от напряжения, — Это лекарство, оно помогает от ядов. Только будет тошнить.

Взгляд черногривого вдруг упал на оброненную Фрозеном мяту.

— Или не будет.

Склонившись, Нир быстро зажевал один из пахучих мятных листочков, жестом предложив другу проделать то же самое. Какое удачное совпадение, что он попросил Фроза собрать именно это растение.

Отредактировано Нирнамэ (4 Мар 2018 15:56:48)