Редко можно увидеть вечно сдержанную и серьёзную Суниту, привыкшую, что называется, “держать лицо”, в такой ярости. Львица шла широкими шагами, ненамеренно когтями вырывая траву с клочками земли, её длинная кисточка хвоста металась из стороны в сторону, изредка задевая бурые бока и тем самым только сильнее раззадоривая пылающую злобу в сердце подростка. Даже мерцающие звёзды в темном утреннем небе, которыми самка всегда любила любоваться, придумывая себе более удачливую жизнь, не могли отвлечь её от вчерашнего поступка отца. Уджасири в конце концов покинул прайд Нари, оставив там одну из дочерей. Ей надо бы радоваться, ведь теперь никто не будет мешать ей наслаждаться жизнью в полную меру, но она не могла забыть те слова, которые он произнес ещё за несколько дней до ухода.

“Ты всего лишь маленькая беспомощная самка, ты не смеешь перечить мне, тупица”, – мысленно повторяла она слова отца, сказанные во время их очередной ссоры, когда “маленькая беспомощная тупица” в очередной раз попыталась заставить Уджасири остудить свой пыл и принести извинения тем, с кем он успел поссориться. Этот жаркий спор, разгоревшийся, когда агрессивный самец впервые попытался устроить потасовку, произошёл всего за пару дней до его ухода. И тогда она, мысленно проклиная отца, обратилась к небесам с просьбой, чтобы он, наконец, оставил и её, и прайд. Но разве она могла догадываться, что предки исполнят ее просьбу так скоро?

Сунита из шкуры вон лезла, чтобы быть полезной прайду, а он только и делал, что испытывал терпение королевской верхушки и всех членов прайда. Пока юная львица посещала каждую охотничью вылазку, на которую её соглашались взять, чтобы помочь львицам хотя бы дотащить пойманную тушу, сидела с чужими детёнышами, если их матери были заняты охотой или слишком устали после неё, Уджасири ворчал, кричал и плевался оскорблениями. С каждым разом его поведение становилось только хуже, и его уход из прайда был просто вопросом времени. Больше всего Сунита боялась, что члены прайда вынудят ее идти за ним. В конце концов мать уже как год покоится в земле, Уджасири является официальным опекуном, и никто не обязан выполнять его обязанности, приглядывая за чужим детёнышем. Одна мысль о том, что ей придётся пытаться с сёстрами-неумехами добывать пропитание этому ленивому агрессору, выслушивая его едкие комментарии по поводу их весьма скромных навыков, заставляла самку невольно ёжиться. К счастью, когда Сунита заупрямилась, отказавшись следовать за отцом, за неё всё-таки вступилась одна львица, а за ней потянулись и остальные, кому была не безразлична эта маленькая трудяга. И всё же несмотря на такой счастливый исход, образ угрюмого самца всё не выходил у неё из головы, как бы ей того не хотелось. Она отчаянно пыталась забыть его, и надеялась, что если подышит морозным утренним воздухом, то освободит свою голову от ненужных мыслей. Однако сколько бы она не бродила по владениям прайда, противный голос эхом отражался в ее сознании, не давая бедной самке покоя.

“Беспомощная! Ха, беспомощная! Да я, да я…”

Внезапно юная львица остановилась, гнев в её глазах сменился искренним изумлением собственной мысли. Сунита бегло осмотрелась, чтобы понять, куда её привели собственные лапы, пока разум был занят попытками выгнать из головы угрюмую морду отца. Отлично, долина Ветров – самое подходящее для созревшего плана местечко. Львица нахмурилась, чувствуя, как покалывает от напряжения в подушечках, и как неприятно скрутило живот от одной только мысли, что с ней произойдёт, если её постигнет неудача, однако она усилием воли заставила себя оставаться на вид непоколебимой, хоть и понимала, что никто всё равно не смотрит. Несмотря на неуверенность в своих способностях, мешающих подростку достойно оценивать свои труды, Сунита хотела попробовать поохотиться. При этом она не планировала возвращаться в пещеру, чтобы там найти более опытных напарниц для охоты и не вернуться домой с пустой пастью и новыми шрамами. Она хотела сделать это в одиночку.

“Тогда они точно не будут сомневаться во мне”, – мысленно подбодрила саму себя Сун, перебарывая собственную осторожность и благоразумность, которая молила вернуться в логово, лечь рядом с сопрайдовцами и продолжить спать, дожидаясь пробуждения своих тёток. Она ведь видела, чего может стоить охотнице промах. На её глазах однажды одной львице травоядное зарядило прямо в глаз, благо лекарям удалось его спасти. Стоило Суните лишь на миг представить, чем для неё может обернуться эта внеплановая вылазка, раз и опытные охотницы не застрахованы от травм даже в групповых охотничьих вылазках, и по спине тут же прокатилась волна мурашек, отчего шерсть на лохматом загривке встала иглами. Однако её упрямство не дало бросить эту откровенно глупую затею.

“Я просто буду предельно осторожной. Настолько, насколько это вообще возможно. Выберу слабое и старое животное. Одиночки же как-то выживают!” – продолжала мысленно вести с собой диалог будущая охотница, шумно выдохнув небольшое облачко пара. Задумчивый взгляд скользнул по слабо освещённой долине, пытаясь заметить травоядных, на которых можно будет открыть охоту. Она даже не засматривалась на стадо буйволов, отдыхавших неподалёку, да и поймать зебру в таком возрасте, так ещё и в одиночку ей казалось чем-то нереальным. Львица уже хотела продолжить свои поиски где-нибудь в другом месте, однако в последний момент зоркий охотничий взор  “зацепился” за странное животное, несущееся со стороны границы тропического леса. Оно бежало без остановки, то и дело спотыкаясь о собственные ноги, падая в пыль и тут же поднимаясь для продолжения этого своеобразного марафона. Сунита с интересом наблюдала за поведением существа, не в силах оторвать от него глаз, но ради осторожности всё же спряталась за небольшим кустарничком. Перепуганное не ясно кем или чем создание бежало прямо в лапы юной охотнице, упав без сил в нескольких метрах от того самого кустарничка, за которым пряталась излишне любопытная хищница. На счастье Суниты, ветер дул как раз в её сторону, не давая существу узнать о её присутствии. А чтобы оно не могло услышать сидящую так близко охотницу, она притаила дыхание, припадая к прохладной земле, и продолжила безмолвно наблюдать за созданием. Оно было действительно необычным. Как будто после бурной ночи жирафа, орикса и зебры, над которыми ещё и колдовал какой-то тёмный шаман-психопат родилось… родилось вот это вот. Так ещё и этв странная белая шкура, как будто его вывозили в белой краске, которой шаманы иногда наносят себе всякие чудные узоры на шерсть, отмазываясь, что это помогает им быть ближе к предкам. На вид оно было совсем молодым, львица предполагала, что они примерно ровесники. Но тогда где же его мать?

“Великий Айхею, за что ты так с ним?” – обращаясь к небесам, спросила самка, продолжая с интересом рассматривать это чудо природы. На шкуре уродца красовались глубокие раны от кошачьих когтей, можно предположить, что существо удирало от какого-то не слишком умелого охотника, живущего в Дебрях. Раны ещё больше ослабляли бедолагу, и он, похоже, был готов упасть без чувств прямо перед носом затаившейся львицы, дав ей возможность оборвать его жизнь в считанные секунды.

“И это мне только на пользу, – Сунита напряглась каждой клеточкой своего тела, готовая прыгнуть в любую секунду. – Нужно атаковать. Сейчас!”.

Львица нервно облизнула губы, вытягивая дрожащую от волнения лапу вперёд, перед этим лишь мельком осмотрев место, куда хотела поставить её. Всё её внимание было сосредоточенно на травоядном, лежавшим  в пыли в паре метров от неё. И это было ошибкой. Неосторожный шаг, и хруст незамеченной ветки, сломавшейся под весом львицы, оповестил создание о том, что он тут не один. Сунита застыла, как вкопанная, наивно надеясь, что её жертва не станет осторожничать, и продолжит валяться, дав ей возможность подобраться чуть ближе и тем самым минимизировать шанс провала. Однако создание оказалось слишком уж перепуганным для таких неосмотрительных действий, и с удивительной прыткостью поднялось на ноги, тут же начав удирать. Сун, впрочем, тоже уже не сидела на месте. Стоило существу сорваться с места, и она тут же последовала его примеру. Её задача была проста на словах – просто догнать и добраться до шеи как можно быстрее, но вот на деле выполнить её было ой как не просто. Несмотря на то, что в отличие от своей жертвы Сунита была отдохнувшей и невредимой, сократить расстояние между ними она смогла не сразу. Только когда на очередном повороте в этой головокружительной погоне травоядное запнулось, чуть не полетев кубарем, его, казалось бы, такая краткая остановка позволила львице настичь его, и даже попытаться атаковать. Голубоглазка целилась в спину, хотела своим весом придавить раненного, и если не остановить, то хотя бы задержать. Однако вместо изящного приземления ей удалось лишь зацепиться когтями за задние лапы, да хорошенько проехаться своими  коленями по пыли, чуть вскрикнув от боли. На её счастье, загнанных в шкуру когтей хватило, чтобы животное издало странный вой и на время остановилось. Сунита быстро приподнялась на задние лапы, не отпуская животное, которое тут же попыталось вывернуться из львиной хватки. Его неловкие движения и попытки лягнуть только расширили раны от когтей, позволяя Суните удерживать его ещё крепче. Львица резко отпрыгнула в сторону, продолжая удерживать альбиноса, чтобы у него подкосились ноги. Стоило этой туше рухнуть на землю, как она сразу же втянула когти и ринулась к глотке, впиваясь в неё покрепче. Она не пыталась разорвать её, чтобы открыть серьёзное кровотечение, она просто душила его, как тому обучали матёрые охотницы прайда. Животное начало медленно подниматься, чтобы продолжить борьбу за свою жизнь, однако даже тогда прицепившаяся малявка не переставала сжимать его горло, готовая висеть на нём до посинения, пока он не заденет её копытом по лбу и не вырубит таким ударом. Пошатываясь, травоядное всё же смогло встать, но через несколько мгновений оно снова рухнуло наземь, стоило львице легонько подтолкнуть его. Силы покидали его. Сначала погоня в джунглях, затем целый марафон до Долины Ветров, а потом ещё и бегство от юной охотницы – всё это слишком вымотало его. Меньше пяти минут Сунита продолжала сжимать горло, прежде чем поняла, что уродец уже не дышит. На всякий случай она ещё некоторое время удерживало его, опасаясь, что добыча лишь притворяется убитой.

–Твоя душа свободна, – тяжело дыша прошептала львица, обессиленная падая рядом с телом убитого ею существа. Несколько минут она лежала неподвижно, не в силах даже перевернуться, восстанавливая дыхание и сердцебиение, давая уставшим лапам отдохнуть. Всё это началось так спонтанно, честно говоря, она до последнего не была уверена, что ей всё-таки удастся умертвить этого зверя. Он оказался удивительно живучим, хотя окажись рядом с Сун парочка более опытных охотниц прайда, вряд ли он смог биться за жизнь так долго. И только когда первые лучи солнца коснулись лохматой макушки, юная охотница поднялась на шатающих лапах и потащила добычу к вулкану, уже мысленно представляя выражение морд соратниц, когда они увидят эту ворчливую вредину с таким уловом, пусть и добытым довольно нечестным путём. Но вот кто об этом узнает?

Отредактировано Сунита (23 Янв 2019 15:48:33)